Что такое длящееся административное правонарушение?

Являются ли административные правонарушения, предусмотренные ч. 3 и 4 ст. 14.35 КоАП РФ, длящимися правонарушениями?

Поскольку законом не предусмотрено данное понятие (в КоАП РФ отсутствует точное определение длящегося административного правонарушения), обратимся к постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», где описано, что длящимся признается такое правонарушение административного типа (бездействие или действие), которое в первую очередь выражено в непрекращающемся длительном неисполнении или ненадлежащем исполнении обязанностей, предусмотренных действующим законодательством.

Из этого постановления можно выделить следующие признаки недлящегося правонарушения:

— в правонарушении (действии или бездействии) присутствовало прекращение невыполнения или ненадлежащего выполнения предусмотренных законом обязанностей;

— суть правонарушения выражалась в невыполнении предусмотренной обязанности к установленному сроку (КоАП РФ предусматривает единственный случай приостановления течения этого срока. Таким случаем является удовлетворение ходатайства лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, о рассмотрении дела по месту его жительства, когда время пересылки дела не включается в срок давности привлечения к административной ответственности. В силу ч. 5 ст. 4.5 КоАП РФ течение названного срока приостанавливается с момента удовлетворения данного ходатайства до момента поступления материалов дела судье, в орган или должностному лицу, уполномоченным рассматривать дело по месту жительства лица, в отношении которого ведется производство по делу).

В силу вышеуказанного можно сделать следующие выводы.

Первый – ч. 3 ст. 14.35 КоАП РФ будет относиться и к длящимся административным правонарушениям, и к стандартному административному правонарушению. Степень отнесения к конкретной группе зависит от характера деяния. Если лицо, уполномоченное взаимодействовать с иными структурами (по ч. 3 ст. 14.35 КоАП РФ), систематически не исполняет должностные обязанности, то такое деяние относится к длящимся административным правонарушениям. Если лицо единовременно не выполнило свои должностные обязанности, то деяние относится к стандартному типу административных правонарушений.

Второй – ч. 4 ст. 14.35 КоАП РФ не будет относиться к длящимся административным правонарушениям по причине того, что каждый геодезический проект, создаваемый кадастровым инженером, носит индивидуальный характер, а соответственно каждое деяние совершенное с нарушением действующего законодательства будет носить сугубо индивидуальный характер.

Верховный суд спас предпринимателя от штрафа

Предпринимателя из Сочи оштрафовали за размещение торгового павильона на земельном участке без необходимых документов. Дело дошло до Верховного суда, который встал на сторону предпринимателя, выявив сразу две ошибки в решениях нижестоящих инстанций. Эксперты «Право.ru», согласившись с решением ВС, отметили и логику в актах нижестоящих инстанций.

Оштрафовали за отсутствие необходимых документов

Индивидуальный предприниматель Ольга Ручкина* несколько лет назад получила в пользование по договору аренды земельный участок в поселке Кудепста Хостинского района города Сочи и разместила на нем торговый павильон. Последний раз соглашение об аренде земли под торговую точку продлялось 18 августа 2014 года. В конце декабря срок его истек, и с тех пор оно не пролонгировалось. 16 марта 2015 года во время выездной прокурорской проверки должностные лица установили, что у Ручкиной нет документов, которые позволяли бы пользоваться участком. В июне 2015 года индивидуального предпринимателя признали виновной в самовольном занятии земельного участка (ст. 7.1 КоАП) и назначили ей наказание в виде штрафа размером 100 тысяч рублей.

Ручкина обратилась с иском в Хостинский районный суд города Сочи (дело № 12-252/2015). Судья Ольга Дидик отказалась удовлетворять жалобу индивидуального предпринимателя, сославшись на то, что сама Ручкина признала отсутствие необходимых документов на момент проверки. Довод владелицы торгового павильона о том, что она уже оформила почти все документы во время процесса, суд не принял во внимание.

Отдельно Дидик подчеркнула законность привлечения истицы к ответственности, указав на то, что административное дело возбудили в апреле 2015 года, когда уже действовала новая редакция ст. 7.1 КоАП.

Заместитель председателя Краснодарского краевого суда Ольга Никольская оставила решение предыдущей инстанции без изменений.

Правонарушение оказалось длящимся

Ручкиной удалось найти понимание только в Верховном суде (дело № 18-АД16-6). ВС пояснил, что правонарушение предпринимателя является длящимся, обстоятельства его выявили 16 марта 2015 года – в день проведения проверки, но в это время еще действовала старая редакция ст. 7.1 КоАП (в редакции Федерального закона от 22 июня 2007 года N 116-ФЗ). По ней Ручкина в качестве максимального наказания могла бы получить штраф на сумму 1 тысяча рублей.

Кроме того, судьи отметили, что постановление о назначении административного наказания должностные лица вынесли уже по истечении срока давности, который составляет 2 месяца. Течение этого срока для длящегося правонарушения начинается с момента, когда его обнаружили (ст. 4.5 КоАП). В случае с Ручкиной он истек 16 мая 2015 года.

Судья Владимир Меркулов все акты нижестоящих инстанций отменил и прекратил производство по делу.

«Нижестоящие суды исходили из ситуации «здесь и сейчас»: мнение экспертов «Право.ru»

Руководитель проектов АК «Павлова и партнеры» Сергей Солдатенко полагает, что нижестоящие инстанции просто не вникли в суть спора: «Они в первую очередь должны были проверить, не истекла ли давность привлечения к административной ответственности». По мнению юриста, суды посчитали, что давность исчисляется с даты возбуждения дела об административном правонарушении (прим. ред.с 10 апреля), а не с даты выездной проверки: «Это грубая судейская ошибка, потому что в ст. 4.5. КоАП недвусмысленно написано, что «при длящемся административном правонарушении сроки давности начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения».

Вадим Байбуз, старший партнер юридического бюро «Байбуз и партнеры», соглашается с коллегой в том, что игнорирование нижестоящими судами доводов предпринимательницы об истечении срока привлечения к ответственности составляет серьезное процессуальное нарушение: «Судебные акты подлежат безусловной отмене». Эксперт уверен, что нижестоящие инстанции просто неправильно квалифицировали правонарушение: «Вопрос отнесения правонарушения к категории длящихся является в некоторых случаях весьма субъективным».

Суды исходили из того, что применению подлежит та редакция, которая действовала в период возбуждения административного дела, а не в момент выявления нарушения, полагает Денис Фролов, старший юрист «BMS Law Firm». Этим, по его мнению, объясняется ошибка судов.

Никита Куликов, исполнительный директор «Heads Consulting», уверен, что в определенном смысле справедливы и акты нижестоящих судов, и итоговое решение ВС: «Первые исходили из понимания ситуации «здесь и сейчас», а ВС взглянул на ситуацию шире и переквалифицировал правонарушение в длящееся. В любом случае,\ Ручкина все-таки нарушила закон и самовольно заняла земельный участок, так что ей придется убрать свой торговый павильон, но это уже предмет другого спора».

*имена и фамилии участников спора изменены редакцией

Длящиеся и продолжаемые административные правонарушения

Козина Е.А.
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»
студентка 3 курса

В правоприменительной практике довольно часто возникают проблемы, связанные с правильным определением вида административного правонарушения (длящееся или продолжаемое). Важность правильного такого определения обусловлена тем, что в каждом виде по-разному начинают считаться сроки давности привлечения к ответственности.

При продолжаемом правонарушении срок давности привлечения к ответственности исчисляется по общим правилам исчисления сроков: со дня, следующего за днем совершения административного правонарушения (за днем обнаружения правонарушения), а в случае совершения административного правонарушения, выразившегося в форме бездействия, срок привлечения к административной ответственности исчисляется со дня, следующего за последним днем периода, предоставленного для исполнения соответствующей обязанности. При длящемся правонарушении сроки начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения, при этом необходимо иметь в виду, что днем обнаружения длящегося административного правонарушения считается день, когда должностное лицо, уполномоченное составлять протокол об административном правонарушении, выявило факт его совершения [1].

Истечение сроков давности, как указано в п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, является обстоятельством, в силу которого производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению. Соответственно, неправильное определение вида правонарушения может повлечь необоснованное привлечение к административной ответственности или наоборот, уклонение от нее. Таким образом, задачи законодательства об административных правонарушениях, установленные ст. 1.2 КоАП РФ, решены не будут.

Определение как длящегося, так и продолжаемого правонарушения отсутствует в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ). Однако п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее — Постановление Пленума ВС РФ N 5) гласит, что длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей [2].

Определение продолжаемого административного правонарушения в действующих официальных документах не сформулировано. В данной статье продолжаемое правонарушение будет пониматься как единое продолжаемое во времени правонарушение, складывающееся из совершения лицом двух или более тождественных самостоятельных противоправных действий (бездействий).

Из постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 можно выделить следующий признак не длящегося правонарушения: в правонарушении (действии или бездействии) присутствовало прекращение невыполнения или ненадлежащего выполнения предусмотренных законом обязанностей. Суть правонарушения выражалась в невыполнении предусмотренной обязанности к установленному сроку (КоАП РФ предусматривает единственный случай приостановления течения этого срока. Таким случаем является удовлетворение ходатайства лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, о рассмотрении дела по месту его жительства, когда время пересылки дела не включается в срок давности привлечения к административной ответственности. В силу ч. 5 ст. 4.5 КоАП РФ течение названного срока приостанавливается с момента удовлетворения данного ходатайства до момента поступления материалов дела судье, в орган или должностному лицу, уполномоченным рассматривать дело по месту жительства лица, в отношении которого ведется производство по делу). Однако данный критерий не всегда помогает судам установить, к какому виду относится правонарушение.

Рассмотрим проблемы судебной практики, затрагивающие характеристики длящихся правонарушений, на примере дел о выбросах вредных веществ в окружающую среду (на примере нарушений правил водопользования при сбросе сточных вод в водные объекты и выброса вредных веществ в атмосферный воздух)[3]. Оба данных вида правонарушения по сути идентичны: они представляют собой ограниченное по времени действие по выбросу вредных веществ в атмосферу. Следовательно, судебная практика по ст. 8.14 и 8.21 КоАП РФ должна рассматриваться в едином контексте.

В большинстве случаев суды не пишут, являются ли правонарушения по данным статьям длящимися[4]. Отсутствие определения вида правонарушения может свидетельствовать о том, что суды не рассматривают выбросы вредных веществ как длящееся правонарушение. В подтверждение данной точки зрения существуют постановления, в которых указывается, что данные правонарушения не являются длящимися. Например, Даниловский районный суд Волгоградской области рассматривал дело № 12-21/ 2015 [5]. По постановлению территориальной административной комиссии Даниловского муниципального района Волгоградской области ФИО признан виновным в том, что он нарушил порядок обращения с бытовыми отходами на территории поселения. Но правонарушитель считал, что постановление было вынесено после истечения сроков привлечения его к административной ответственности. Представитель территориальной административной комиссии Даниловского муниципального района Волгоградской области в судебном заседании не согласился, пояснив, что административное правонарушение, совершенное ФИО, является длящимся, поэтому срок исчисляется со дня обнаружения административного правонарушения. Суд посчитал, что доводы о том, что административное правонарушение, совершенное ФИО, является длящимся, являются несостоятельными. В качестве обоснования судья привел п. 14 Постановления Пленума ВС РФ N 5, однако почему именно данное правонарушение не считается длящимся, суд не пояснил. Постановление было отменено в силу положений п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, ибо срок давности привлечения к административной ответственности ФИО, установленный ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ (2 месяца), истек.

Присутствуют решения судов, в которых данные правонарушения характеризуются как длящиеся[6]. Камчатский краевой суд[7] установил, что директор МУП «Оссорское ЖКХ» Подкопаев А.В. допустил сброс загрязняющих веществ в окружающую среду в отсутствие соответствующего разрешения. Суд отнес данное дело к длящимся, причиной указав, что имело место «длительное непрекращающееся невыполнение требований законодательства РФ в сфере природопользования и охраны окружающей среды». Однако выбросы загрязняющих веществ в окружающую среду представляют собой лишь ряд систематических действий, объединенных единым умыслом, что не является длящимся правонарушением по определению.

В постановлении Кемеровского Областного суда [8] от 14 октября 2015 г. разбирается дело в отношении ОАО «Евразруда», которое уже было привлечено к административной ответственности за сброс в период с апреля по декабрь 2013 г. и 26 марта 2014 г. загрязняющих веществ в отсутствии разрешения на сброс загрязняющих веществ в окружающую среду (водные объекты). 23 июня 2014 г. в отношении ОАО «Евразруда» было еще раз возбуждено дело об административном правонарушении за сброс 13 января, 3 февраля и 5 марта 2014 г. загрязняющих веществ в отсутствии разрешения. Кемеровский Областной суд решил, что «конкретная дата сброса загрязняющих веществ — 5 марта 2014 года, установленная судом, охватывается периодом длящегося правонарушения, имевшего место в период с апреля 2013 года по 26 марта 2014 года», следовательно, новообнаруженные правонарушения образуют одно правонарушение с теми, за которое ОАО «Евразруд» уже было привлечено, следовательно, повторно привлечь к ответственности уже нельзя (повторное привлечение лица за одно и то же правонарушение недопустимо, даже если оно выявлено по результатам разных проверок, осуществляемых одним и тем же административным органом)[9]. Правонарушение в виде выбросов в атмосферу суд признал длящимся, несмотря на то, что присутствуют перерывы в действиях правонарушителя, что противоречит самому понятию длящегося правонарушения.

Верховные суды не высказываются по данной проблеме [10]. Так, общество с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» признано виновным в совершении административного правонарушения, выражающегося в осуществлении обществом в период с IV квартала 2012 по I квартал 2013 г. выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух без специального разрешения. Верховный суд не определяет точно, является ли данное правонарушение длящимся. Он только говорит, что «осуществление обществом выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух из всех источников без соответствующего разрешения образует одно правонарушение».

В 2015 г. в Государственную Думу Российской Федерации поступили на рассмотрение проекты нового Кодекса об административных правонарушениях (проект КоАП депутатов В.А. Васильева, В.Н. Плигина, С.А. Попова, Д.Ф. Вяткина, В.А. Поневежского и проект Кодекса Российской Федерации об административной ответственности депутата А.А.Агеева). В обоих проектах даны определения как длящегося, так и продолжаемого административного правонарушения[11].

Смотрите так же:  Декларация по налогу на имущество. Дикларация налог на им

Исходя из результатов рассмотренных примеров, можно сделать вывод, что при аналогичных обстоятельствах дела в зависимости от усмотрения судьи одни и те же правонарушения либо относятся, либо не относятся к длящимся, что влияет и на исход конкретного дела, и на формирование судебной практики по длящимся правонарушениям в целом. На основании вышеизложенной судебной практики можно сделать вывод, что четких критериев для определения длящегося правонарушения по некоторым делам так и не было выработано. Следовательно, присутствует необходимость рассмотрения вышеприведенных категорий дел в Верховном суде, чтобы точно указать судам, к какому типу правонарушения они относятся. Также считается необходимым включить определения длящегося и продолжаемого правонарушения в КоАП РФ.

Список использованной литературы

1. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 N 195-ФЗ (ред. от 29.07.2017);

2. Проект Федерального закона N 917598-6 «Кодекс Российской Федерации об административной ответственности» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 30.10.2015);

3. Проект Федерального закона N 703192-6 «Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (Общая часть)» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 20.01.2015);

4. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»;

5. Решение по делу №12-269/16 Златоустовского городского суда Челябинской области 10.11.2016 // СПС Консультант Плюс;

6. Решение Верховного Суда РФ от 13.10.2016 N 81-ААД16-14 // СПС Консультант Плюс;

7. Решение № 12-21/2015 Даниловского районного суда Волгоградской области от 08.05.15. URL: http://sudact.ru/regular/doc/34JJz1Q2l5YW/. Дата обращения: 31.10.2017;

8. Решение Смирныховского районного суда Сахалинской области № 12-44/2016 от 12.05.2016 // СПС Росправосудие;

9. Решение Камчатского краевого суда № 21-493/2016 от 21.09.2016. URL: http://sudact.ru/regular/doc/xFNAMK4dluWx/. Дата обращения: 31.10.2017;

10. Постановление Кемеровского областного суда от 14.10.2015 по делу N 4а-931/2015 // СПС Консультант Плюс;

11. Постановление Верховного Суда РФ от 03.06.2015 N 303-АД14-5393 по делу N А59-1480/2014 // СПС Консультант Плюс.

[1] П. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

[2] П. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

[3] Ст. 8.14; 8.21 КоАП РФ.

[4] Решение по делу №12-269/16 Златоустовского городского суда Челябинской области 10.11.2016 // СПС Консультант Плюс; Решение Верховного Суда РФ от 13.10.2016 N 81-ААД16-14 // СПС Консультант Плюс.

[5] Решение № 12-21/2015 Даниловского районного суда Волгоградской области от 08.05.15. URL: http://sudact.ru/regular/doc/34JJz1Q2l5YW/. Дата обращения: 31.10.2017.

[6] Решение Смирныховского районного суда Сахалинской области № 12-44/2016 от 12.05.2016 // СПС Росправосудие.

[7] Решение Камчатского краевого суда № 21-493/2016 от 21.09.2016. URL: http://sudact.ru/regular/doc/xFNAMK4dluWx/. Дата обращения: 31.10.2017.

[8] Постановление Кемеровского областного суда от 14.10.2015 по делу N 4а-931/2015 // СПС Консультант Плюс.

[10] Постановление Верховного Суда РФ от 03.06.2015 N 303-АД14-5393 по делу N А59-1480/2014 // СПС Консультант Плюс.

[11] Ст. 16 проекта N 917598-6 «Кодекс Российской Федерации об административной ответственности» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 30.10.2015). Ст. 3.3 Проекта Федерального закона N 703192-6 «Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (Общая часть)» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 20.01.2015).

Критерии длящегося административного правонарушения

Адвокат, к. ю. н. Виталий Шакин, специально для Клерк.Ру

Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации регламентирует самые различные сферы общественных отношений, поэтому можно уверенно предположить, что не найдется такой коммерческой организации, которая ни разу не совершила бы административное правонарушение.

В связи с этим весьма актуальным для юридических лиц (как впрочем и для других субъектов, которые могут быть привлечены за административное правонарушение) является вопрос о сроках давности привлечения к административной ответственности.

Как установлено в ст. 4.5 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев со дня совершения административного правонарушения. Это так называемый общий срок давности. За нарушения ряда иных отношений (за нарушение законодательства о налогах и сборах, о защите прав потребителей, о рекламе, о лотереях, таможенного, антимонопольного, валютного законодательства и др.) предусмотрен более длительный специальный срок, который равен одному году со дня совершения административного правонарушения.

Если было совершено простое правонарушение, то вопросов по применению приведенных сроков давности, как правило, не возникает. Например, если 1 апреля 2005 года был выявлен факт продажи товаров без применения контрольно-кассовой машины (ст. 14.5 КоАП РФ), то привлечь организацию к ответственности возможно только до 2 июня 2005 года.

Ситуация меняется, если правонарушение является длящимся.

Как указано в ч. 2 ст. 4.5 КоАП РФ при длящемся административном правонарушении сроки, предусмотренные в ч. 1 статьи, начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения. При этом закон не раскрывает понятия длящегося правонарушения, что приводит к возникновению споров относительно применения сроков давности при совершении отдельных правонарушений.

Следует отметить, что при анализе поставленной проблемы не будет рассматриваться вопрос о том, насколько целесообразно и правомерно по длящимся правонарушениям устанавливать срок исчисления давности с момента их обнаружения. Поставленная задача заключается в другом: найти те критерии, которые помогут отличить длящееся административное правонарушение.

Так, предположим, что организация, суммарная стоимость активов по последнему балансу которой превышает 100 тыс. (на настоящий момент 2 млн.) установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда, приобрела 15 февраля 2004 года определенную долю в другом обществе (в соответствии с надлежащим договором). Согласно ст. 18 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-I «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» организация в течение 45 дней с момента совершения данной сделки должна уведомить об этом антимонопольный орган.

Допустим, что юридическое лицо не выполнило данной обязанности (не направило уведомление в государственный орган до 1 апреля 2004 года). Это означает, что было совершено правонарушение в области антимонопольного законодательства – не предоставление соответствующего уведомления в антимонопольный орган (ст. 19.8 КоАП РФ).

Срок давности по таким правонарушениям равен одному году. Но с какого момента следует его исчислять?

Например, антимонопольный орган обнаружил факт совершения правонарушения 4 апреля 2005 года и 8 апреля 2005 года принял решение о привлечении организации к ответственности. Следует ли признать решение государственного органа незаконным, поскольку с момента окончания срока уведомления о сделке (с 1 апреля 2004 года) прошло более года? Или же данное решение обоснованно, поскольку с момента обнаружения правонарушения (4 апреля 2005 года) прошло менее года?

Если признать правонарушение простым, то после 1 апреля 2005 года организацию нельзя привлечь к ответственности, так как прошел год с момента его совершения. Соответственно, решение государственного органа незаконно.

Если же признать правонарушение длящимся то, срок в один год будет исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения, то есть с 4 апреля 2005 года. Соответственно, решение государственного органа будет вполне правомерным.

Тем самым ответ на вопрос о том, можно ли в приведенном примере привлечь организацию к административной ответственности, зависит от того, будет ли признано правонарушение, предусмотренное ст. 19.8 КоАП РФ, длящимся или не будет признано таковым.

Следует отметить, что по своей сути рассматриваемое в примере правонарушение представляет собой нарушение субъектом предусмотренной законом обязанности, при том, что обязанность должна была быть исполнена к установленному в законе сроку. Именно по подобным правонарушениям возникает проблема отнесения их к простым или к длящимся.

Ни в теории, ни в практике не дается окончательного ответа на вопрос о том, признавать ли неисполненную к установленному законом сроку обязанность длящимся административным правонарушением или нет. Одни авторы считают, что это длящиеся правонарушения, другие – придерживаются иной позиции, при том каждая из сторон приводит свои аргументы.

Государственные органы в своей практике в большинстве случаев исходят из того, что подобные правонарушения являются длящимися, что вполне естественно, так как в таком случае контролирующие органы получают дополнительные возможности по воздействию на организации. Фактически в таком случае государственные органы продляют срок давности на неизвестное время, так как обнаружено правонарушение может быть не скоро.

Так, в Письме ГТК РФ от 27 мая 2002 г. N 01-06/20585 «Об отнесении административных правонарушений к длящимся» указано: «… в случае, когда в соответствии с нормативными правовыми актами по таможенному делу обязанность должна быть выполнена к определенному сроку, с момента истечения такого срока правонарушение является оконченным, однако противоправное деяние, заключающееся в невыполнении указанной обязанности, продолжает длиться до его прекращения» 1.

В обоснование того, что подобные правонарушения являются длящимися, специалисты обычно ссылаются на то, что обязанность по уведомлению антимонопольного органа никуда не исчезает и после того, как прошел срок, установленный законом: установленная законодательством обязанность не прекращается в момент наступления установленного для ее исполнения срока. Лицо продолжает быть обязанным исполнить действия, предписанные законом.

Исходя из изложенного, делается вывод, что правонарушение «протекает» во времени (обязанность продолжает не исполняться), что характерно для длящихся правонарушений.

Опровергая данную позицию, авторы, не относящие подобные правонарушения к длящимся, указывают, что не совершение лицом определенной обязанности означает не только само действие (бездействие), но и его результат. Следовательно, делается вывод, что основу противоправных деяний, заключающихся в неисполнении обязанности к определенному сроку, составляет именно фактическое неисполнение (неуведомление – в приведенном примере). Соответственно окончено такое деяние тогда, когда истек срок исполнения обязанности (истек срок подачи заявления в антимонопольный орган). С данного момента и следует исчислять срок давности привлечения к ответственности.

Представляется, что расхождение позиций и дискуссия по рассматриваемому вопросу являются следствием несовершенства административного законодательства. Для сравнения, например, в уголовном праве таких проблем нет.

В УК РФ установлено, что сроки давности исчисляются со дня совершения преступления до момента вступления приговора в законную силу. В связи с особенностью уголовно-правовых отношений в срок давности привлечения к уголовной ответственности включается все время, прошедшее до обнаружения преступления и после этого – до приговора суда. При этом ч. 2 ст. 9 УК РФ определяет время совершения преступления – это время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. Поэтому срок давности по всем уголовным преступлениям начинает исчисляться с одной даты – с момента совершения деяния, независимо от того, является ли данное преступление длящимся или нет, обнаружено оно или нет.

Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации, как уже указывалось, не содержит понятия длящегося правонарушения, и кроме того, устанавливает различный момент начала исчисления срока давности по простым и по длящимся правонарушениям, не определяя при этом, что является днем совершения правонарушения.

Данные недостатки, должны быть устранены только законодательным путем. Например, представляется вполне приемлемым, установление в законе единого начала исчисления срока давности – с момента совершения противоправного деяния. Однако, до внесения изменений необходимо обозначить более четкие критерии, которые позволили бы на практике разграничивать простые и длящиеся административные правонарушения.

В общем смысле длящееся правонарушение – это действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой административного наказания, оканчивающееся вследствие действия самого лица, направленного к прекращению правонарушения, либо наступления событий, препятствующих его совершению, либо, когда отпадает сама обязанность, невыполнение которой составляло содержание правонарушения.

Тем самым для длящегося правонарушения характерно начало его осуществления – с момента, когда лицо нарушило закон, и фактическое окончание его совершения – когда лицо само перестало его совершать или правонарушение было пресечено. При этом на всем протяжении (от начала до окончания) длящееся правонарушение является юридически оконченным, что определяет возможность привлечения лица к ответственности. То есть с момента начала совершения противоправного деяния длящееся правонарушение является юридически оконченным, но деяние продолжает осуществляться дальше, до его фактического прекращения.

У недлящихся правонарушений момент начала совершения противоправного деяния совпадает с моментом юридического окончания правонарушения и моментом фактического окончания осуществления правонарушения.

Таким образом, можно условно обозначить, что если при совершении правонарушения имеется возможность его пресечения со стороны государственных органов или же сохраняется возможность прекращения его совершения самим лицом, то это длящееся правонарушение. Именно это и является характерным признаком длящихся правонарушений. Если же таких возможностей нет (поскольку правонарушение фактически окончено когда и начато) – то это обычное правонарушение.

В качестве примера первого правонарушения можно привести ст. 5.32 КоАП РФ, в которой предусмотрена ответственность за уклонение от получения требований работников и от участия в примирительных процедурах. Правонарушение будет окончено фактически лишь тогда, когда либо сам руководитель устранит свое нарушение или на это укажут ему уполномоченные органы.

В случае с неуведомлением антимонопольного органа возможности пресечения или прекращения правонарушения нет. Лицо не может вернуть время назад и отправить уведомление в срок. Даже, если лицо направит уведомление, то оно все равно может быть привлечено к ответственности за нарушение сроков. Пресечь правонарушение государственные органы также не могут, так как оно уже совершено, уже нарушены сроки. Можно только потребовать представить уведомление, но это не устранит факта совершения правонарушения.

Таким образом, представляется более обоснованной, логичной и последовательной позиция, в соответствии с которой противоправные деяния, заключающиеся в неисполнении обязанности к определенному сроку, не являются длящимися. Соответственно исчисление сроков давности по таким правонарушениям следует осуществлять с момента их совершения, когда обязанность не была исполнена к установленному сроку.

Для того, чтобы определить длящееся правонарушение или простое, необходимо проанализировать признаки его состава и определить имеется ли возможность пресечения или прекращения деяния. В длящихся правонарушениях противоправное деяние совершается до момента его пресечения или самостоятельного прекращения. В рассматриваемом примере о неуведомлении антимонопольного органа противоправное деяние уже совершено. При этом сохраняется обязанность совершить определенные действия, что не означает того, что само противоправное деяние продолжает совершаться. В связи с этим, решение антимонопольного органа о привлечении организации к ответственности должно быть признано незаконным.

Смотрите так же:  Договор на пластиковые окна. Договор купли-продажи и установки окон

Следует отметить, что разрешение вопроса об ответственности за административные правонарушения, заключающиеся в неисполнении обязанности в срок, будет зависеть в первую очередь от того, как положения кодекса будут трактоваться и применяться на практике.

И тут имеются как положительные, так и отрицательные моменты.

Так, например, в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года, № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» 1 неоднократно указывается, что:

— невыполнение предусмотренной нормативным правовым актом обязанности к установленному в нем сроку не является длящимся административным правонарушением;

— срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушения, по которым предусмотренная нормативным правовым актом обязанность не была выполнена к определенному в нем сроку, начинает течь с момента наступления указанного срока.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа в своем Постановлении от 1 сентября 2003 г. N Ф08-3268/03 указывает: «Обязанность по получению согласия ограничена во времени, согласие антимонопольного органа необходимо получать до совершения сделки. Следовательно, нарушение статьи 18 названного закона считается законченным в момент совершения сделки и с этого момента следует исчислять срок привлечения к административной ответственности» 3. Федеральный Арбитражный суд Северо-Западного округа в своем Постановлении от 1 июня 2005 года по делу N А42-4765/03-12 4 также соглашается с тем, что невыполнение предусмотренной нормативным правовым актом обязанности к установленному в нем сроку не является длящимся административным правонарушением и что срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушения, по которым предусмотренная нормативным правовым актом обязанность не была выполнена к определенному в нем сроку, начинает течь с момента наступления указанного срока.

Сараев Д.В., анализируя рассматриваемую проблему, приводит в пример решение апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы.

Арбитражный суд г. Москвы сделал выводы, что длящимся является такое правонарушение, которое носит непрерывный характер и совершается ежедневно, вплоть до его пресечения (обнаружения). Длящееся правонарушение в любой момент может быть пресечено и устранено непосредственно самим правонарушителем 5.

Приведенные из практики примеры решений указывают на то, что суды склонны разрешать дела исходя из позиции, в соответствии с которой невыполнение обязанности к установленному законом сроку не является длящимся правонарушением. В тоже время необходимо заметить, что в практике по схожим ситуациям существуют и иные, противоположные судебные решения.

Так, тот же Федеральный Арбитражный Суд Северо-Западного округа в Постановлении от 14 марта 2005 года (по делу N А56-28535/04) признал ошибочными выводы суда первой инстанции 6.

Суд первой инстанции признал незаконным решение о привлечении общества к ответственности по ч. 2 ст. 16.17 КоАП РФ в связи с пропуском срока давности. Однако суд кассационной инстанции указал, что правонарушение, предусмотренное ч. 1 и ч. 2 ст. 16.17 КоАП РФ, является длящимся, в связи с чем таможенные органы не пропустили срока давности привлечения общества к ответственности.

Таким образом, судебная практика по рассматриваемой проблеме неоднозначна. Вследствие этого остается только ждать выводов Высшего Арбитражного Суда РФ по данному вопросу, так как до законодательных изменений в связи со спорностью позиции практика пойдет по тому пути, который будет установлен высшей судебной инстанцией. На данный момент Высший Арбитражный Суд РФ ограничился только разъяснением относительно того, что является днем обнаружения административного правонарушения 7.

1 См.: Таможенные ведомости. 2002. N 9.

2 См.: Российская газета. 2005. 19 апреля.

3 См.: Справочно-правовая система «Гарант».

5 См.: Сараев Д.В. Реализация норм о сроках привлечения к административной ответственности и практика их применения арбитражными судами // Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения. 2003. N 1-2.

6 См.: Справочно-правовая система «Гарант».

7 См.: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27 января 2003 г. N 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2003. N 3 .

Длящееся правонарушение в административном и уголовном законодательстве: теоретико-правовой анализ Текст научной статьи по специальности « Право»

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Поздышев Роман Сергеевич

В статье анализируется понятие и сущность длящегося правонарушения . Рассматриваются правовые нормы и судебные толкования, а также взгляды специалистов в сфере уголовного и административного права на проблему отграничения протяженного во времени деликта от единовременного правонарушения. Формулируются предложения, направленные на создание условий для унификации нормативной базы и универсализации самой правовой категории « длящееся правонарушение ».

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Поздышев Роман Сергеевич

Continuing offense in the administrative and criminal law: theoretical and legal analysis

The article is analyzed the concept and nature of continuing offenses. We cons >continuing offense ».

Текст научной работы на тему «Длящееся правонарушение в административном и уголовном законодательстве: теоретико-правовой анализ»

Поздышев Роман Сергеевич Pozdyshev Roman Sergeevich

Нижегородская академия МВД России (603950, Нижний Новгород, Анкудиновское шоссе, 3) post graduate student

Nizhny Novgorod academy of the Ministry of internal affairs of Russia (3 Ankudinovskoye shosse, Nizhny Novgorod, 603950)

Длящееся правонарушение в административном и уголовном законодательстве: теоретико-правовой анализ

Continuing offense in the administrative and criminal law: theoretical and legal analysis

В статье анализируется понятие и сущность длящегося правонарушения. Рассматриваются правовые нормы и судебные толкования, а также взгляды специалистов в сфере уголовного и административного права на проблему отграничения протяженного во времени деликта от единовременного правонарушения. Формулируются предложения, направленные на создание условий для унификации нормативной базы и универсализации самой правовой категории «длящееся правонарушение».

Ключевые слова: длящееся правонарушение, момент окончания правонарушения , срок давности , длительное невыполнение обязанностей.

The article is analyzed the concept and nature of continuing offenses. We consider the legal rules, judicial interpretations and the views of criminal and administrative law experts on the issue of delimitation of continuing offenses from one-time offense. Formulates proposals aimed at creating conditions for the unification of the regulatory framework and the universalization of the legal category of «continuing offense».

Keywords: continuing offense, moment of the completion offense, limitation period, long nonexecution of the duties.

Установление государством общеобязательных правил поведения без обеспечения их соблюдения посредством юридической ответственности приводит к декларативности законодательных установлений и, как следствие, возможности игнорирования соответствующих правовых норм обязанными лицами. На национальное деликтное законодательство ложится основная нагрузка по обеспечению правопорядка и реализации социальных, экономических и политических реформ. Правосознание граждан даже в государствах с многовековой демократической традицией во многом основывается на осознании неминуемого справедливого наказания за нарушение закона. Следовательно, пробелы и коллизии в законодательстве, устанавливающем меру юридической ответственности за противоправное поведение, неминуемо приводят к более масштабным и тяжелым социально-экономическим последствиям. Нарушение

принципов юридической ответственности ведет к уклонению от справедливого наказания виновных лиц и привлечения к ответственности невиновных.

Одной из «проблемных точек» в этом контексте является правовой институт длящегося правонарушения. В отечественном законодательстве сегодня отсутствует нормативное закрепление понятия длящегося правонарушения, в результате чего в ходе правоприменительной деятельности возникает множество проблем, связанных в первую очередь с основаниями отнесения деяний к указанной категории. В результате нарушаются общеправовые принципы справедливости и равенства граждан перед законом, а также принцип неотвратимости юридической ответственности. Законодательные органы не уделяют данной проблеме должного внимания и оставляют ее решение на усмотрение правоприменителя.

Попытки разъяснения понятия длящегося правонарушения и его критериев ранее неоднократно предпринимались органами официального нормативного судебного толкования — Верховным Судом СССР, Верховным Судом РФ, Высшим Арбитражным Cудом РФ. Однако позиции органов судебной власти не отличались единством и системностью, что вносило диссонанс в дальнейшую правоприменительную практику.

Рассматриваемая правовая категория фигурирует практически во всех фундаментальных отраслях действующего российского права, проявляет себя на стыке национального и международного права, но не стала до сих пор реальным объектом общетеоретического анализа. Вместе с тем, отчасти справедливыми следует признать слова В.И. Волк, отмечавшей, что изучение нормативных правовых актов, судебных разъяснений и специальной юридической литературы указывает на отсутствие единого понятия «длящееся правонарушение» и сегодня [1, с. 24].

Более того, контент-анализ содержания учебников по теории права указывает на недостаточное внимание ученых к вопросам, касающимся пространственно-временной характеристики правонарушения. Нередко в литературе даются лишь определение и структура состава гражданско-правового, административно-правового и уголовного деликта без разделения их на «одномоментные» и длящиеся [2; 3; 4] либо длящееся правонарушение лишь упоминается в качестве разновидности сложных правонарушений [5].

Позволим себе предположение, что подобное положение вещей связано с тем, что теоретики права полагают, что эта правовая категория находится за гранью, отделяющей теорию права от объекта исследования отраслевых юридических наук. Однако здесь следует задаться вопросом: могут ли специалисты одной лишь отрасли разрешить те противоречия, что накопились при квалификации длящихся правонарушений и применения к ним сроков давности? Отчасти в настоящей статье будет предпринята попытка дать ответ на этот вопрос. Для этого мы обратимся к теоретическим концепциям отграничения «одномоментных» преступлений и административных правонарушений от длящихся.

Понимание сущности длящегося правонарушения требует соотнесения норм администра-тивно-деликтного и уголовного законодательства. Причем, о законодательстве мы говорим здесь весьма условно, так как само словосочетание «длящееся административное правонарушение» встречается в Общей части Кодекса

об административных правонарушениях РФ [6] лишь трижды, а в Уголовном кодексе РФ [7] категория «длящееся преступление» вовсе не используется.

Категория «длящееся преступление» раскрывается в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 года № 23 «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям», которое было подвергнуто корректировке постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 14 марта 1963 года № 1. Тот факт, что данное постановление до сегодняшнего дня продолжает действовать, а правоприменитель апеллирует к его положениям при квалификации преступлений, указывает на пробельность исследуемой сферы общественных отношений, так как принятое более чем 85 лет назад судебное разъяснение имеет определенные сложности при оценке общественных отношений нынешней экономической формации и регулировании публичных процедур, неизвестных советскому государству.

В постановлении длящееся преступление определяется как действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования. На наш взгляд, предложенная дефиниция далека от универсальности. Как известно, неважно, сколько подтверждений гипотезы мы можем найти, но одно единственное исключение позволяет говорить о ее дискусси-онности. Таким исключением могут быть, например, составы статьи 126 УК РФ «Похищение человека», которые относятся учеными к длящимся преступлениям [8, с. 207—210]. Похищение и противоправное удержание человека априори незаконно, оно не связано с возложением каких-либо обязанностей на виновное лицо.

Итак, невыполнение обязанностей в качестве признака длящегося преступления уместно лишь в отношении тех уголовно-правовых деликтов, которые сопряжены с исполнением процедурных (процессуальных) обязанностей, возникающих у лица при наступлении определенных условий (событий и иных юридических фактов). Это может быть наступление совершеннолетия, государственная регистрация юридического лица или индивидуального предпринимателя, рождение ребенка, приобретение права на хранение оружия и т. д. Эти события изначально не являются противоправными, но в силу своей значимости налагают на субъекта определенные обязанности.

С учетом высказанного замечания длящееся преступление мы предлагаем определить как виновно совершенное общественно опасное деяние (действие или бездействие), сопряженное с последующим длительным пренебрежением законодательно определенным запретом, а также невыполнением или ненадлежащим выполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования.

Весьма важным обстоятельством при описании феномена длящегося преступления является установление момента его совершения, а точнее хронологического периода от начала совершения противоправных действий до момента, когда преступление признается оконченным. Именно с этого момента и отсчитывается срок давности привлечения к уголовной ответственности. Очевидно, что началом выступает совершение деяния, описанного в гипотезе статьи Особенной части УК РФ. Окончание длящегося преступления вариативно и связано либо с совершением виновным лицом действия или ряда действий, направленных на прекращение преступления, либо с наступлением независимых от воли виновного событий, препятствующих совершению преступления.

Примером наступления первого условия может быть явка с повинной или утрата предмета (огнестрельного оружия), средства (наркотиков), вещества (психотропных веществ) или правового статуса (статуса индивидуального предпринимателя), обладание которыми было связано с объективной стороной преступления.

Наступление второго условия не охватывается умыслом преступника, оно происходит независимо либо вопреки его воле. Это пресечение деликта правоохранительными органами, достижение определенного возраста самим виновным (например, достижение возраста 27 лет для ст. 328 УК РФ «Уклонение от прохождения военной и альтернативной гражданской службы») или иным лицом (например, совершеннолетие ребенка для ст. 157 УК РФ «Злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей»).

Признаки длящегося преступления, как нам представляется, следует выделять исходя из элементов состава уголовно наказуемого деяния.

Объект длящегося преступления — общественные отношения, защищаемые в уголовно-правовом порядке.

Объективная сторона длящегося преступления может характеризоваться как действием, так и бездействием. Одним из обстоятельств,

обусловливающих специфику данного деяния, является то, что оно выражается в невыполнении или ненадлежащем выполнении возложенной на лицо обязанности либо в пренебрежении законодательным запретом. Также своеобразным признаком объективной стороны длящегося преступления выступает длящееся противоправное юридическое состояние. Третьей особенностью данного элемента состава рассматриваемого уголовного наказуемого деяния является то, что негативное воздействие на объект преступления осуществляется непрерывно в течение определенного времени.

Субъект длящегося преступления чаще всего специальный — лицо, в силу занимаемой должности, договора или требований специального разрешения (лицензии) обязанное соблюдать определенные правила или выполнять определенные действия. Вместе с тем, субъект длящихся преступлений, связанных с пренебрежением законодательным запретом, общий — любое достигшие возраста уголовной ответственности вменяемое физическое лицо.

Субъективная сторона длящегося преступления некоторыми учеными определяется через одну форму — прямой умысел [8, с. 207—210]. Однако Д.С. Чикин относит к длящимся преступлениям составы статьи 225 УК РФ «Ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» [9, с. 148—150], субъективная сторона которых характеризуется неосторожным обращением с ограниченными в гражданском обороте предметами [10].

С последним умозаключением можно согласиться лишь частично, так как только часть 2 данной статьи имеет формально-материальный состав преступления. Иными словами, данное преступление может быть признано длящимся лишь в случае, когда ненадлежащее исполнение обязанностей по охране ядерного, химического или других видов оружия массового поражения либо материалов или оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, создало угрозу наступления тяжких последствий. Таким образом, в подавляющем большинстве случаев субъективная сторона длящегося преступления действительно характеризуется прямым умыслом, однако в отдельных случаях возможно и неосторожное совершение такого деликта.

Смотрите так же:  Тестирование по теме Начало Великой Отечественной Войны. Приказ 227 вызван угрозой

Сравним выявленные признаки с характерными чертами длящегося административного правонарушения, которое имеет легальное отражение в действующем законодательстве.

В статье 4.5 КоАП РФ зафиксирован ряд правил исчисления сроков давности по длящимся правонарушениям.

Во-первых, по общему правилу срок начинает течь со дня обнаружения административного правонарушения должностным лицом, обладающим юрисдикционными полномочиями на составление протокола об административном правонарушении по данному составу. Во-вторых, если длящееся административное правонарушение влечет применение административного наказания в виде дисквалификации, лицо подлежит ответственности в течение одного года со дня обнаружения правонарушения. В-третьих, в случае вынесения решения об отказе в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, когда в действиях лица усматривается состав длящегося административного правонарушения, предусмотренные законом сроки давности исчисляются со дня его обнаружения.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 (в ред. от 19 декабря 2013 г.) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» [11] определяет длящееся административное правонарушение как действие или бездействие, которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей, делая при этом две существенные оговорки. Так, подобные обязанности могут быть возложены не только законодательными, но и иными нормативными правовыми актами и даже правовыми актами (как правило, контрольно-надзорных инстанций). Также невыполнение предусмотренной названными правовыми актами обязанности к установленному сроку свидетельствует о том, что административное правонарушение не является длящимся.

Подобное определение сущности и временной протяженности длящихся административных правонарушений неоднократно становилось объектом критики ученых. Обратим внимание на основные выявленные ими недостатки.

Во-первых, внимания заслуживает момент начала длящегося правонарушения. По мнению А.Б. Панова, таковым целесообразно считать какое-либо действие или бездействие, имеющее в основе умысел либо неосторожность [12]. При этом следует понимать, что нормы Особенной части КоАП РФ зачастую имеют отсылочный характер, и за формулировкой «нарушение

правил» зачастую стоят конкретные регулятивные нормы права различных отраслей законодательства. Отметим также, что субъективная сторона длящегося административного правонарушения, в отличие от длящегося преступления, чаще представлена неосторожностью, нежели умыслом.

Во-вторых, крайне специфичен момент исчисления срока давности привлечения к ответственности за совершение длящегося правонарушения. Если оно не связано с несоблюдением обязанности к установленному сроку, то срок давности фактически не может быть использован для освобождения лица от наказания, так как его пролонгирование до момента выявления деликта компетентным субъектом влечет неминуемое привлечение виновного к ответственности.

На наш взгляд, подобный подход несправедлив, так как не учитывает возможность снижения общественного вреда от противоправного деяния с течением времени. Т.А. Гуменюк отмечал, что институт давности привлечения к административной ответственности обеспечивает правовую защищенность лица, исключая неопределенную продолжительность его правового положения в связи с совершенным правонарушением, и сохраняет баланс публичных и частных интересов, стабильность существующего правопорядка [13, с. 166—175]. В случае же совершения длящегося административного правонарушения независимо от степени его опасности для личности, общества и государства виновное лицо лишается права «на прощение». Полагаем, подобное положение вещей противоречит принципам справедливости, целесообразности и гуманности юридической ответственности.

Не менее дискуссионным представляется нам тезис о том, что связанное с несоблюдением обязанности к установленному сроку административное правонарушение не является длящимся. Подобная трактовка категорически противоположна рассмотренному выше определению длящегося преступления. Она исключает возможность применения административного наказания в отношении большинства составов КоАП РФ, характеризующихся протяженностью, непрерывностью и единством формы вины. Данное решение, безусловно, неординарно и обусловлено рядом объективных причин.

Так, одной из причин является различная степень тяжести проступков и преступлений, которая связана также и с разностью назначения административно-деликтного и уголовного

законодательства. Первое предоставляет уполномоченным должностным лицам широкие дискреционные полномочия, так как его основное назначение — это профилактика и предупреждение последующего противоправного поведения. С.Н. Братановский отмечал, что «административная ответственность, как и уголовная, дисциплинарная, — есть кара и преследует цели частной и общей превенции правонарушений. Однако, поскольку многие административные правонарушения являются длящимися (неисполнение обязанности прописаться, стать на учет, выполнить предписание и т. п.), важна также цель административной ответственности — стимулировать выполнение субъектами права их обязанностей» [14, с. 457].

Также отсутствие возможности разделить процесс совершения административного правонарушения на стадии (приготовление, покушение, совершение) существенно сужает инструментарий правоприменителя. Если при недостаточности необходимых доказательств следователь или дознаватель может использовать институт покушения на совершение преступления, то уполномоченное на возбуждение производства по делам об административных правонарушениях лицо вынуждено констатировать наличие либо отсутствие оконченного состава правонарушения.

Следует указать, что весьма показательно и важно то, что традиция тотального государственного контроля за сферами жизнедеятельности также является существенной причиной признания Верховным Судом РФ административных правонарушений, связанных с несоблюдением обязанности к установленному сроку, недлящимися. Общая часть КоАП РФ и производное от ее содержания постановление Пленума Верховного Суда РФ формулировались на базе положений КоАП РСФСР [15]. Однако развитие демократических начал в законодательстве повлекло существенное сокращение контрольно-надзорных полномочий государственного аппарата: проведен аутсорсинг отдельных контрольных полномочий, жестко определены основания и порядок проведения проверок хозяйственной деятельности, закреплена обязанность уведомления объектов контроля о проведении ревизий и проверок [16].

Так, корректировка контрольно-надзорных полномочий полиции была связана с изъятием функций государственного технического осмотра транспортных средств и контроля в сфере потребительского рынка. Действующее законодательство об административных правона-

рушениях исходит из возможности проведения постоянных внеплановых контрольных проверок хозяйственной деятельности, в то время как современные реалии делать это не позволяют. Данное противоречие ставит под вопрос эффективность ответственности именно за совершение административных правонарушений, объективная сторона состава которых связана с достижением каких-либо сроков. В связи с тем, что они не признаются длящимся, хозяйствующий субъект, имея сведения о планируемых проверках, может совершать умышленные правонарушения с высокой степенью вероятности избежания ответственности в связи с истечением срока давности.

Считая ошибочным отнесение «срочных» административных правонарушений к нед-лящимся, обратимся к научным изысканиям Т.А. Гуменюк, который в качестве основного критерия разграничения длящегося и недля-щегося административного правонарушения называл «временной фактор, а именно продолжительное существование правонарушения во времени или одномоментность (однократность) его совершения и связанную с ней календарную ограниченность его существования во времени» [13, с. 168]. Иными словами, в зависимости от того, какой юридический факт (однократное действие или юридическое состояние) лежит в основе деликта, так и следует его определять: либо как единовременный, либо как длящийся.

В-третьих, следует обратить внимание на момент и место окончания длящегося административного правонарушения. Примечательно, что административно-деликтное законодательство вообще не использует формулировку «оконченное длящееся преступление», связывая срок давности по делу исключительно с моментом выявления противоправного деяния. При этом, место совершения длящегося административного правонарушения вариативно. Им может быть место окончания противоправной деятельности или место ее пресечения. Д.А. Вавулин дополняет этот перечень, относя к возможному моменту окончания длящегося правонарушения наступление событий, однозначно препятствующих дальнейшему совершению правонарушения. Данную позицию мы уже встречали при определении момента и места окончания длящегося преступления [17, с. 53—63].

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что отсутствие легального закрепления категорий «длящееся преступление» и «длящееся административное правонарушение» является серьезным пробелом в нормативном

правовом регулировании и провоцирует ошибочные толкования законодательства правоприменителем. Перспективно следует нормативно закрепить указанные термины в рамках общих частей УК РФ и КоАП РФ.

Весьма важными представляются различия в подходах к определению длящегося административного правонарушения и длящегося преступления. Они связаны в первую очередь с моментом окончания подобного деликта и порядком последующего определения срока давности по делу. Доктринальные взгляды на рассматриваемый феномен характеризуются определенной замкнутостью в рамках отраслей права при недостаточном, на наш взгляд, внимании со стороны ученых, исследующих теоретико-правовые проблемы. Полагаем, именно в рамках теории права следует искать консенсус по вопросам трактовки определения и сущности длящихся правонарушений. В качестве основы для подобного процесса, думается, следует взять именно криминальную концепцию, так как административно-правовое толкование длящегося административного правонарушения имеет ярко выраженный узкоотраслевой характер, который с трудом может быть применен в условиях бурно развивающихся общественных отношений и предстоящей реформы администра-тивно-деликтного законодательства.

Считаем ошибочным отнесение «срочных» административных правонарушений к нед-лящимся, так как в современных реалиях подобный подход способствует безнаказанному совершению хозяйствующими субъектами умышленных правонарушений.

Соотнесение составов длящихся преступлений и административных правонарушений позволяет говорить об их общности. Объективная сторона длящегося правонарушения в целом может характеризоваться как действием, так и бездействием. Одним из обстоятельств, обусловливающих специфику данного деяния, является то, что оно выражается в невыполнении или ненадлежащем выполнении возложенной на лицо обязанности либо в пренебрежении законодательным запретом. Также своеобразным признаком объективной стороны длящегося правонарушения выступает длящееся противоправное юридическое состояние. Третьей особенностью данного элемента состава рассматриваемого вида правонарушений является то, что негативное воздействие на объект преступления осуществляется непрерывно в течение определенного времени. Субъективная сторона длящегося правонарушения может выражать-

ся в умысле или неосторожности, при этом для длящихся преступлений превалирует первая из перечисленных форм вины, а для административных правонарушений — вторая.

Опираясь на вышесказанное, следует заключить, что на сегодняшнем этапе развития правовой науки, законодательства и правореализа-ционной практики можно предложить понимать под длящимся преступлением виновно совершенное общественно опасное деяние (действие или бездействие), сопряженное с последующим длительным пренебрежением законодательно определенным запретом или невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования. Определение длящегося административного правонарушения следует формулировать по аналогии, учитывая при этом формальное отсутствие признака общественной опасности.

1. Волк И.В. Право, время и пространство: теоретический аспект: автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2004.

2. Теория государства и права: курс лекций / под ред. А.М. Багмета. М., 2015.

3. Старков О.В. Теория государства и права: учебник / под общ. ред. О.В. Старкова. М., 2015.

4. Теория государства и права: учебник для вузов / под ред. М.М. Рассолова. М., 2012.

5. Актуальные проблемы теории государства и права: учебное пособие / под ред. А.И. Бастрыкина. М., 2014.

6. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № бЗ-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25, ст. 2954.

7. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2002. № 1, ч. 1, ст. 1.

8. Шумихин В.Г. Конструктивные признаки длящегося преступления // Вестник Пермского университета. 2010. № 2.

9. Чикин Д.С. К вопросу о понятии длящегося преступления и моменте его окончания // Общество и право. 2010. № 3.

10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М., 2015. Т. 2.

11. О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г № 5 (в ред. от 19 декабря 2013 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. № 6.

12. Панов А.Б. Административная ответственность юридических лиц: монография. М., 2013.

13. Гуменюк Т.А. Правовая конструкция длящегося и недлящегося административного правонарушения: проблемы правоприменительной практики // Закон. 2014. № 9.

14. Братановский С.Н. Административное право: учебник. М., 2013.

15. Кодекс РСФСР об административных правонарушениях (утв. ВС РСФСР 20 июня 1984 г) // Ведомости ВС РСФСР 1984. № 27, ст. 909.

16. О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля: федеральный закон от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2008. № 52, ч. 1, ст. 6249.

17. Вавулин Д.А. Административная ответственность за различные виды правонарушений в сфере рынка ценных бумаг // Право и экономика. 2005. № 3.

1. Volk I.V. Right, time and space: the theoretical aspect: author’s abstract. candidate of legal sciences. Moscow, 2004.

2. Theory of state and law: lectures / ed. A.M. Bag-met. Moscow, 2015.

3. Starkov O.V. The theory of state and law: the textbook / under total. ed. O.V. Starkov. Moscow, 2015.

4. Theory of state and law: textbook for universities / ed. M.M. Rassolov. Moscow, 2012.

5. Actual problems of the theory of state and law: the textbook / ed. A.I. Bastrykin. Moscow, 2014.

6. The Criminal code of the Russian Federation dated June 13, 1996 № 63-FZ // Collection of legislative acts of the RF. 1996. № 25, art. 2954.

7. The Russian Federation Code of administrative offences of 30 December 2001 № 195-FZ // Collection of legislative acts of the RF. 2002. № 1, p. 1, art. 1.

8. Shumikhin V.G. Design features of a continuing offense // Bulletin of Perm state university. 2010. № 2.

9. Chikin D.S. To a question about the concept of a continuing crime and time of its completion // Society and law. 2010. № 3.

10. Commentary to the Criminal code of the Russian Federation: in 2 vol. (itemized) / A.V. Brilliantov, G.D. Dol-zhenkova, E.N. Zhevlakov etc.; ed. A.V. Brilliantov. 2nd ed. Moscow, 2015. Vol. 2.

11. Bulletin of the Supreme Court. 2005. № 6.

12. Panov A.B. Administrative liability of legal persons: a monograph. Moscow, 2013.

13. Gumenyuk T.A. Legal structure lasts and lasts an administrative offense: problems of law enforcement // Law. 2014. № 9.

14. Bratanovsky S.N. Administrative law: the textbook. Moscow, 2013.

15. RSFSR Code of administrative offences (app. VS RSFSR June 20, 1984) // Bulletin of the RSFSR Supreme Soviet. 1984. № 27, art. 909.

16. On the protection of rights of legal entities and individual entrepreneurs in the exercise of state control (supervision) and municipal control: the federal law of December 26, 2008 № 294-FZ // Collection of legislative acts of the RF. 2008. № 52, p. 1, art. 6249.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *