Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики

О суде

Обзор судебной практики по рассмотрению споров, связанных с уступкой прав требований

ОБЗОР

судебной практики

Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики по

рассмотрению споров, связанных с уступкой прав требований

Отказ первоначального кредитора от иска, заявленный при рассмотрении другого дела, не лишает нового кредитора права на обращение в арбитражный суд с не тождественным иском.

ООО «С.» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с должника стоимости фактически выполненных работ и процентов за пользование чужими денежными средствами.

До принятия решения по делу ООО «К.» заявило ходатайство о процессуальной замене истца ООО «С.» на ООО «К.», указав в качестве основания процессуального правопреемства договор уступки права требования (заключенного в период рассмотрения настоящего дела),

Определением суда первой инстанции ООО «К.» на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признано процессуальным правопреемником ООО «С.».

Суд исходил из того, что договор уступки прав требований содержит все существенные условия, соответствует требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и должником не оспаривается. Передача прав по материальному требованию в спорном правоотношении является основанием для процессуального правопреемства. При этом для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до его вступления, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для правопредшественника. Правопреемство в порядке цессии возникло до ликвидации ООО «С.».

Постановлением апелляционной инстанции в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказано. Определение суда первой инстанции отменено.

Судебный акт мотивирован тем, что ООО «С.» по другому делу отказалось от иска, по правовой сути тождественному требованиям, заявленным в настоящем деле. Отказ от иска является односторонней сделкой в виде прощения долга, влекущей прекращение обязательства как материально-правового требования. Поэтому у ООО «С.» утрачено право требования по договору строительного подряда. Уступка права требования по прекращенному обязательству ничтожна.

Не согласившись с постановлением апелляционной инстанции ООО «КМК» обжаловало его в кассационном порядке.

Суд кассационной инстанции признал выводы апелляционной инстанции ошибочными, исходя из того, что предмет и основания спора по настоящему делу не тождественны ранее рассмотренному, в котором принят отказ от иска ООО «С.».

Согласно статье 415 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора.

Прощение долга предполагает наличие четко выраженного волеизъявления кредитора освободить должника от исполнения гражданско-правовой обязанности, т.е. оно может быть совершено как путем объявления в однозначной форме кредитором об этом, так и путем совершения им действий, определенно свидетельствующих об отказе от соответствующего права требования без намерения сохранить за собой это право в какой-либо части.

По смыслу части 2 статьи 49, части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказ от иска — это отречение истца от судебной защиты конкретного субъективного права, направленное на прекращение возбужденного истцом процесса. Отказ от иска как одностороннее действие стороны процесса, по общему правилу, не оказывает влияние на материальные права и обязанности совершающего его лица, исключая случаи, когда лицо прямо заявляет иное. Следовательно, отказ от иска подразумевает утрату истцом права на предъявление в суд тождественного иска, но не всего права требования. При отказе от иска субъективное право истца не может быть осуществлено при помощи принудительной силы государства. Отказ от иска не прекращает обязательства, вытекающие из договора либо закона.

Анализ положений главы 26 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной связи со статьей 3 названного Кодекса позволяет прийти к выводу о том, что субъективное право прекращается только по основаниям, установленным материальным законодательством. Институт отказа от иска предусмотрен процессуальным законодательством в качестве права, влияющего только на процессуальные способности истца, но не влекущего прекращения гражданско-правового обязательства в целом.

Предъявление иска в защиту нарушенных прав является одной из составных частей содержания права требования, перешедшего от первоначального кредитора к новому в порядке цессии.

Поэтому отказ от иска предыдущим кредитором, заявленный при рассмотрении его иска, лишает нового кредитора права на обращение в арбитражный суд с тождественным иском, поскольку к моменту заключения договора цессии право на заявление такого иска у первоначального кредитора было утрачено.

В силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Предъявление иска является всего лишь частью права требования, отказ от иска не прекращает обязанности должника. Следовательно, договор уступки такого усеченного в процессуальном отношении права требования не противоречит нормам параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При уступке права требования по исполнительному листу, выданному на основании решения суда, являющемуся результатом реализации банком своего права залогодержателя на обращение взыскания на заложенное имущество, обязательства по договору ипотеки прекращается.

Банк обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее — общество) о взыскании задолженности по кредиту, процентов за пользование кредитом, с обращением взыскания на заложенное имущество — производственное здание.

Исковые требования удовлетворены, присужденная ко взысканию сумма процентов уменьшена.

Впоследствии гражданин Х. в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обратился в арбитражный суд с заявлением о замене взыскателя по настоящему делу, в связи с заключением договора уступки права требования, по которому банк уступил Х. право требования по исполнительным листам, выданным в отношении общества,

Определением суда первой инстанции, заявленное требование удовлетворено, договор уступки права требования признан основанием для процессуального правопреемства.

Постановлением апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменено. Гражданин Х. признан процессуальным правопреемником и взыскателем по исполнительным листам в части взыскания долга по кредиту и процентов. По обращению взыскания на заложенное имущество по этому исполнительному листу отказано.

Апелляционная инстанция исходила из того, что уступка прав по договору залога должна быть нотариально удостоверена, и договор уступки прав, вытекающих из залога, должен быть зарегистрирован в установленном порядке. Невыполнение сторонами указанных требований влечет недействительность договора уступки права требования в части передачи прав по договору залога — обращения взыскания на заложенное имущество (статья 10 Федерального закона «Об ипотеке», статьи 180 и 339 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кассационная инстанция не согласилась с выводами апелляционной инстанции.

Гражданину Х. передано право требования задолженности, подтвержденной решением суда. Выданный на основании решения исполнительный лист содержит обязанность должника совершить определенные действия в пользу взыскателя. Эта обязанность должника в соответствии со статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может быть переуступлена другому лицу. Из договора уступки видно, что банк (первоначальный кредитор, взыскатель) уступил Х. право требования денежных средств (денежное обязательство) по исполнительному листу, а не права по кредитному договору и договору об ипотеке.

Суд апелляционной инстанции не учел, что установленные статьей 389 Гражданского кодекса Российской Федерации правила регулируют отношения по уступке прав требования по сделкам. В данном случае уступлено право по исполнительному листу, выданному на основании решения суда, которое является результатом реализации банком своего права залогодержателя на обращение взыскания на заложенное имущество. Следовательно, обязательства по договору ипотеки прекратились.

При таких обстоятельствах выводы суда апелляционной инстанции о том, что между кредиторами имела место уступка прав требования исполнения обязательств по кредитному договору и договору об ипотеке, требующая соблюдения установленной формы, предусмотренной статьей 389 Гражданского кодекса Российской Федерации, не основаны на правильной оценке возникших между сторонами отношений.

Суд первой инстанции правомерно учел, что уступка права произведена по исполнительному листу и заменил взыскателя.

Определение суда первой инстанции оставлено в силе.

Если стороной договора уступки права требования является физическое лицо, довод о безвозмездности сделки не имеет правового значения для оценки договора уступки права требования

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к должнику о взыскании задолженности по договору кредита, договору займа и договору залогу.

Исковые требования мотивированы тем, что по договору цессии гражданин Б. уступил обществу право требовать с должника задолженности по договорам кредита, займа, залога.

К участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено третье лицо.

Решением суда первой инстанции заявленные требования удовлетворены частично.

Оспаривая решение суда первой инстанции, третье лицо заявило, что договор уступки права требования является безвозмездной сделкой, что влечет его недействительность.

Апелляционная инстанция решение суда первой инстанции оставила без изменения, указав следующее.

Исходя из содержания пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор предполагается возмездным, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора. Между тем, безвозмездность сделки, то есть дарение прав требований, не вытекает из существа обязательства. При таких обстоятельствах оснований считать уступку права требования безвозмездной сделкой не имеется.

Более того, в соответствии со статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение не допускается только между коммерческими организациями.

Стороной договора уступки права требования является гражданин Б. как физическое лицо, в связи, с чем довод о безвозмездности сделки не имеет правового значения для оценки договора уступки права требования.

Заключенный договор уступки права требования полностью соответствует требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В кассационной инстанции дело не рассматривалось.

Поскольку дебиторская задолженность на момент заключения договора цессии находилась под арестом, кредитор не вправе был ею распоряжаться.

Обществом с ограниченной ответственностью (далее — Истец) заявлен иск к Открытому акционерному обществу (далее — Ответчик) о взыскании суммы долга на основании договора уступки права требования.

Исковые требования мотивированы тем, что по договору цессии Государственное унитарное предприятие (далее — ГУП) уступило Истцу право требования с Ответчика задолженности по договору.

К участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ГУП.

В судебном заседании стороны представили мировое соглашение и просили суд утвердить его.

Суд первой инстанции в утверждении мирового соглашения отказал, в удовлетворении иска отказал, по следующим основаниям.

На дебиторскую задолженность ГУП перед Ответчиком наложен арест в рамках сводного исполнительного производства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 51 Федерального закона от 21.07.1997г. №119-ФЗ «Об исполнительном производстве» арест имущества должника состоит из описи имущества, объявления запрета распоряжаться им, а при необходимости — ограничения права пользования имуществом, его изъятия или передачи на хранение.

Поскольку дебиторская задолженность на момент заключения Договора цессии находилась под арестом, ГУП не вправе было ею распоряжаться в силу указанной нормы.

По правилам статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, а согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В апелляционную и кассационную инстанции решение суда первой инстанции не обжаловалось.

Форма расходования средств муниципального бюджета, как приобретение права требования к третьим лицам, бюджетным законодательством не предусмотрена.

Обществом с ограниченной ответственностью (далее — Истец) заявлен иск к администрации города о взыскании суммы долга по договору уступки права требования, суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по день подачи иска, а также процентов по день уплаты основного долга.

Решением суда первой инстанции, в иске отказано, по следующим основаниям.

В рамках исполнительного производства постановлением судебного пристава-исполнителя Истцу передана дебиторская задолженность должников последнего.

Впоследствии Истцом и администрацией города заключен договор — «сделка (уступка требования) о передаче права кредитора», по условиям которого Истец уступил администрации города Нальчика права требования к должников суммы долга, а администрация города обязалась выплатить Истцу оговоренную сумму.

Во исполнение договора администрация города перечислила Истцу часть оговоренной суммы. В связи с неоплатой остальной суммы, Истец обратился с иском о взыскании долга и процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Статьей 69 Бюджетного кодекса РФ определен исчерпывающий перечень оснований для выделения бюджетных средств, и такая форма расходования средств муниципального бюджета, как приобретение права требования к третьим лицам, бюджетным законодательством не предусмотрена.

Отсутствует такое основание расходования муниципальным образованием бюджетных средств и в Федеральном законе от 25.09.97. №126-ФЗ «О финансовых основах местного самоуправления в Российской Федерации».

Заключенный сторонами договор уступки права требования не является муниципальным контрактом (статья 72 Бюджетного кодекса РФ) или бюджетным кредитом (статья 76 Кодекса). Не относится данная сделка и к числу муниципальных гарантий (статья 115 Кодекса) либо иных договоров по обслуживанию муниципальных долговых обязательств, поскольку исчерпывающий перечень таких сделок предусмотрен пунктом 3 статьи 100 Бюджетного кодекса РФ, согласно которому долговые обязательства муниципального образования могут существовать в форме: кредитных соглашений и договоров; займов, осуществляемых путем выпуска муниципальных ценных бумаг; договоров и соглашений о получении муниципальным образованием бюджетных кредитов от бюджетов других уровней бюджетной системы Российской Федерации; договоров о предоставлении муниципальных гарантий. Долговые обязательства муниципального образования не могут существовать в иных формах, за исключением предусмотренных названным пунктом.

Статья 14 Бюджетного кодекса РФ определяет бюджет муниципального образования (местный бюджет) как форму образования и расходования денежных средств в расчете на финансовый год, предназначенных для исполнения расходных обязательств соответствующего муниципального образования. Использование органами местного самоуправления иных форм образования и расходования денежных средств для исполнения расходных обязательств муниципальных образований не допускается.

Публичное предназначение средств местного бюджета обуславливает особые требования к их использованию. Закрепленные в законе механизмы формирования и расходования местных финансов призваны гарантировать сохранность бюджетных средств, открытость, прозрачность и эффективность их распределения. Эти механизмы введены законодателем для оптимального решения муниципалитетом вопросов местного значения, главным из которых является удовлетворению потребностей населения муниципального образования.

Изложенное означает, что действия органов муниципального образования по распоряжению муниципальным имуществом (местными финансами) должны быть обусловлены, прежде всего, возложенными законом на эти органы задачами и целевым назначением (формами расходования) предоставленного для выполнения этих задач имущества (денежных средств).

Доказательства того, что заключенный Истцом и администрацией города договор цессии направлен на обеспечение задач, отнесенных законом к предметам ведения местного самоуправления, отсутствуют.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о недействительности (ничтожности) сделки (уступки требования) о передаче права кредитора в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ в связи с несоответствием ее нормам бюджетного законодательства.

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса, и замена стороны ее правопреемником на стадии исполнения судебного акта осуществляется судебным приставом исполнителем на основании судебного акта арбитражного суда.

Решением арбитражного суда с должника в пользу открытого акционерного общества (далее — общество) взыскана сумма долга и сумма процентов, за пользование чужими денежными средствами. Во исполнение решения суда обществу выдан исполнительный лист.

В последующем, между обществом и К. заключен договор переуступки права требования по обязательствам должника, в связи с чем, К. обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве — замене взыскателя.

Определением суда первой инстанции требование удовлетворено, К. признан процессуальным правопреемником общества.

Суд пришел к выводу, что отсутствует необходимость в возбуждении исполнительного производства для проведения замены взыскателя по исполнительному листу, правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса и замена стороны ее правопреемником на стадии исполнения судебного акта осуществляется судебным приставом — исполнителем на основании судебного акта арбитражного суда.

Судебный пристав-исполнитель обязан своим постановлением произвести замену выбывшей стороны правопреемником, определенным в порядке, установленном федеральным законом (статье 32 Федерального закона «Об исполнительном производстве»).

В силу части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Так как исполнение судебных актов арбитражного суда представляет собой стадию арбитражного процесса, то на нее распространяются общие положения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе и нормы статьи 48 о процессуальном правопреемстве.

В апелляционную и кассационную инстанции решение суда первой инстанции не обжаловано.

Цессия ничтожна, если компания уступила другой компании право по цене выше рыночной

Уступка права требования юридическим лицом другой организации признается дарением, если рыночная стоимость имущественного права намного ниже номинальной. К такому выводу пришел ВС РФ в Определении от 01.12.2015 № 305-ЭС15-5505 по делу № А41-42963/2013.

Суть дела

Организация была объявлена несостоятельной. Один из кредиторов должника — открытое акционерное общество (далее — компания) заключило договор цессии с обществом с ограниченной ответственностью (далее — общество), согласно которому компания (цедент) передала обществу (цессионарию) права требования к организации (далее — третье лицо) в размере 270 164 502 руб. 21 коп. Уступленный долг возник на основании трех договоров подряда и был подтвержден вступившими в силу судебными решениями. Общество обязалось уплатить компании за переданное право требования 265 000 000 руб. В случае просрочки цессионарием исполнения указанного обязательства цедент по условиям соглашения имел право в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора с возвратом всего полученного по нему. Стороны также пришли к соглашению, что проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ начислению и уплате не подлежат.

Смотрите так же:  Уважаемый пользователь. Приказ по детской неврологии

Денежные средства от должника в рамках производства по делу о банкротстве общество не получило и, в свою очередь, не оплатило переданное право. Компания подала иск о взыскании с цессионария вознаграждения, предусмотренного договором цессии.

Судебное разбирательство

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска цеденту (далее — истцу) в связи с тем, что договор цессии является притворной сделкой.

Общество (далее — ответчик) представило заключение специалиста, согласно которому величина рыночной стоимости уступленных прав на момент заключения соглашения о цессии в рамках доходного подхода составила 4 651 000 руб.

Истец не смог доказать, что в результате заключения спорного договора ответчик получил какие-либо выгоды в рамках иных отношений между сторонами. Компания и общество, по мнению суда, действуя разумно при заключении соглашения, не имели оснований допускать возможности восстановления платежеспособности третьего лица либо наличия у него реальной возможности рассчитаться по долгам. Следовательно, стороны не могли не осознавать, что реальная стоимость уступаемых имущественных прав многократно ниже указанной в договоре. Исходя из этого, суд заключил, что приобретение ответчиком требований к несостоятельному должнику (банкроту) по номинальной стоимости имело признаки дарения.

Подтвердили данную точку зрения и открывшиеся в ходе судебного разбирательства факты. Между компанией (исполнителем) и обществом (заказчиком) был заключен договор об осуществлении исполнителем технологического присоединения энергопринимающих устройств заказчика к электрическим сетям для электроснабжения многофункционального торгового делового и развлекательного центра. Стороны вели переговоры о прекращении обязательств отступным. Общество должно было предоставить имущество (объекты электросетевого хозяйства) в качестве отступного за прекращение всех обязательств перед компанией. Соглашение об этом не было подписано сторонами, поскольку ответчик уклонялся от предоставления информации для проведения оценки имущества. Суд посчитал, что спорный договор уступки прав (требований) заключался с целью прикрыть сделку по передаче компании принадлежащих обществу объектов электросетевого хозяйства. Таким образом, договор цессии был признан притворной сделкой (ст. 170 ГК РФ), прикрывавшей запрещенный законом договор дарения между двумя организациями.

В апелляционной инстанции решение суда было оставлено в силе.

Цессию суд округа признал возмездной, так как соглашение сторон содержало условие о цене передаваемых прав. Несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемых прав само по себе не могло являться основанием для признания ничтожным соглашения о цессии, заключенного между коммерческими организациями. При оценке договора об уступке права (требования) он предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Квалификация договора об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»). В связи с тем что договор дарения подразумевает безвозмездный характер предоставления имущества или прав, вывод о ничтожности спорного соглашения ошибочен. Кроме того, суд указал, что в силу свободы договора определение условий договора осуществляется по усмотрению сторон (п. 3 ст. 423 ГК РФ).

По мнению первой кассации, нижестоящие суды также не учли, что договор цессии сам по себе, в силу своей правовой природы, не может являться притворной сделкой, прикрывающей дарение между компаниями. Вывод о наличии связи двух договоров был сделан без исследования всех документальных доказательств в их совокупности и без установления истинных причин и целей участников спора.

Суд округа отметил также и тот факт, что в рамках рассмотрения дела в первой инстанции не обозревался оригинал заключения независимого оценщика. Между тем указанный документ, положенный в основу выводов судов первой и второй инстанций, был не авторизован (в нем отсутствовали сведения о предоставлении прав на составление заключения) и не заверен в установленном порядке. Кроме того, заключение оценщика не содержало печатей составившего его специалиста. Представленный документ был принят в качестве надлежащего доказательства без оценки его содержания и оснований составления.

Перечисленные нарушения привели к тому, что судебные акты нижестоящих инстанций были приняты с нарушением закона. Суд округа отправил дело на новое рассмотрение.

Позиция Верховного Суда РФ

Верховный суд РФ оставил в силе решение суда первой инстанции и определение арбитражного апелляционного суда, отменив постановление, принятое в кассации.

Судьи согласились с тем, что договор цессии был притворной сделкой, имеющей признаки дарения, запрещенного между юридическими лицами. Стороны при заключении соглашения не имели оснований допускать восстановления платежеспособности третьего лица либо наличия у него реальной возможности рассчитаться по долгам. Таким образом, судами сделан правильный вывод о том, что приобретение ответчиком, осуществляющим гражданские права разумно и осмотрительно, требования к несостоятельному должнику (банкроту) по номинальной стоимости, по сути, является дарением.

Подверглись критике и действия суда округа по непосредственному исследованию имеющихся в деле доказательств. Пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены АПК РФ. Так, суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых в первой и апелляционной инстанциях, устанавливает правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта. Кроме того, суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы судов нижестоящих инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. В то же время суд округа не вправе устанавливать обстоятельства, которые уже были установлены в рамках первой или апелляционной инстанции, а также предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства. Следовательно, решение вопроса о достоверности заключения оценщика не входило в компетенцию суда округа. Он был вправе оценивать лишь соответствие судебных актов нормам законодательства.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела.

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

В рамках круглого стола речь пойдет о Всероссийской диспансеризации взрослого населения и контроле за ее проведением; популяризации медосмотров и диспансеризации; всеобщей вакцинации и т.п.

Программа, разработана совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2015 г. N 08АП-14855/14 (ключевые темы: уставный капитал ООО — уступка требования — обязанности покупателя — доли в уставном капитале общества — договор купли-продажи доли в уставном капитале)

Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2015 г. N 08АП-14855/14

19 февраля 2015 г.

Дело N А46-6613/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2015 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 февраля 2015 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грязниковой А.С.,

судей Кудриной Е.Н., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Бирюля К.С., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14855/2014) Михалека Валерия Владиславовича на решение Арбитражного суда Омской области от 20.11.2014 по делу N А46-6613/2014 (судья Распутина Л.Н.) по иску Берека Натальи Валерьевны к Михалеку Валерию Владиславовичу о взыскании 540 104 руб. 17 коп., третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Регион Строй», общество с ограниченной ответственностью «Группа Компаний ХОРС», Елесина Ирина Валериевна, общество с ограниченной ответственностью «Сибирские кровли»,

при участии в судебном заседании представителей:

от Михалека Валерия Владиславовича — Балдова О.А. по доверенности от 25.04.2014 сроком действия три года,

от Берека Натальи Валерьевны — Елесиной И.В. по доверенности от 02.08.2014 сроком действия три года,

от общества с ограниченной ответственностью «Регион Строй» — Елесина П.В. по приказу N 1 от 03.10.2013,

от общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний ХОРС» — представитель не явился,

от Елесиной Ирины Валериевны — Елесина И.В. лично, по паспорту,

от общества с ограниченной ответственностью «Сибирские кровли» — Балдова О.А. по доверенности от 15.12.2014 сроком действия три года,

общество с ограниченной ответственностью «Регион Строй» (далее по тексту — ООО «Регион Строй», истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к Михалеку Валерию Владиславовичу (далее по тексту — Михалек В.В., ответчик) о взыскании 500 000 руб. задолженности по возмещению стоимости доли в уставном капитале ООО «Сибирский кровли» и 40 104 руб. 17 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.05.2013 по 14.05.2014, а также процентов за пользование чужими денежными средствами с 15.05.2014 по день фактической уплаты долга в сумме 500 000 руб., исходя из ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации, равной 8,25%.

Определением суда от 18.06.2014 в порядке процессуального правопреемства истец — ООО «Регион Строй» заменен на его правопреемника — Берека Наталью Валерьевну (далее по тексту — Берека Н.В.).

Этим же определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Регион Строй», общество с ограниченной ответственностью «Группа Компаний ХОРС», Елесина Ирина Валерьевна, общество с ограниченной ответственностью «Сибирские кровли» (ООО «Регион Строй», ООО «ГК ХОРС», Елесина И.В., ООО «Сибирские кровли»).

Решением Арбитражного суда Омской области от 20.11.2014 по делу N А46-6613/2014 исковые требования Берека Н.В. удовлетворены. С Михалека В.В. в пользу Берека Н.В. взыскано 500 000 руб. основного долга и 40 104 руб. 17 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 13 802 руб. 08 коп. расходов по оплате государственной пошлины. С Михалека В.В. в пользу Берека Н.В. взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга в размере 500 000 руб., начиная с 15.05.2014 по день фактической уплаты суммы долга, исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ 8,25 % годовых.

Возражая против принятого судом решения, Михалек В.В. в апелляционной жалобе просит его отменить полностью, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. При этом ответчик указывает, что 24.10.2013 Михалек В.В. перечислил денежные средства в сумме 500 000 руб., причитающиеся ООО «Регион Строй», обществу с ограниченной ответственностью «ГК ХОРС» как новому кредитору по договору уступки права, о котором был уведомлен. Повторное взыскание этой же суммы с Михалека В.В. приведет к неосновательному обогащению ООО «ГК ХОРС». Кроме того, в дополнениях к апелляционной жалобе Михалек В.В. указал, что судом необоснованно исключены из числа доказательств по делу: требование об оплате долга от 16.10.2013, уведомление об уступке права от 26.08.2013, договор цессии от 21.08.2013 N 14, подтверждение платежа N 19184129596, уточнение назначения платежа от 04.07.2014.

Берека Н.В. письменный отзыв на апелляционную жалобу не представила.

ООО «ГК ХОРС», извещенное надлежащим образом о месте и времени заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в него не обеспечило.

На основании части 1 статьи 266 , части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту — АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в его отсутствие.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель Михалека В.В. поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, просит решение отменить, апелляционную жалобу — удовлетворить.

Представитель ООО «Сибирские кровли» поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе Михалека В.В., просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель Берека Н.В., ООО «Регион Строй», а также Елесина И.В. просят оставить решение без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу и выслушав явившихся представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность решения суда и считает его подлежащим оставлению без изменения.

Решением Арбитражного суда Омской области от 20.01.2014 по делу N А46-10198/2013, оставленным постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2014 без изменения, установлено, что ООО «Сибирские кровли» зарегистрировано 19.12.2001 Городской регистрационной палатой Департамента недвижимости Администрации г. Омска за основным государственным регистрационным номером 1025500979976.

Участникам общества Елесиной И.В. и Михалеку В.В. принадлежали доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» номинальной стоимостью 5 000 руб., что составляет 50% уставного капитала общества каждая доля.

Генеральным директором ООО «Сибирские кровли» является Михалек В.В.

Между Елесиной И.В. (продавец) и ООО «Регион Строй» (покупатель) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012, по условиям которого продавец обязался передать покупателю, а последний — принять и оплатить принадлежащую продавцу часть доли (долю) в уставном капитале ООО «Сибирские кровли», составляющую 50% уставного капитала указанного общества, по цене 500 000 руб. (пункты 1.1, 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 2.2 договора оплата стоимости доли производится Покупателем путем передачи наличных денежных средств непосредственно в момент подписания настоящего договора, получение денег удостоверяется подписанием Продавцом настоящего договора.

Договор нотариально удостоверен 28.09.2012.

Таким образом, ООО «Регион Строй» в соответствии с пунктом 2.2 договора оплатило Елесиной И.В. 500 000 руб. в день подписания договора.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Омской области от 07.02.2013 по делу N А46-29524/2012 по иску Михалека В.В. к ООО «Регион Строй», Елесиной И.В., при участии третьих лиц — ООО «Сибирские кровли», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 12 по Омской области — о переводе с ООО «Регион Строй» на Михалека В.В. прав и обязанностей покупателя доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» номинальной стоимостью 5 000 руб., что составляет 50% уставного капитала ООО «Сибирские кровли», по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012, заключенному между Елесиной И.В. и ООО «Регион Строй», исковые требования Михалека В.В. удовлетворены.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы N 12 по Омской области 02.07.2013 зарегистрирован переход права собственности к Михалеку В.В. на 50% доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли».

ООО «Регион Строй» 30.07.2013 и 14.01.2014 направило Михалеку В.В. требования об оплате 500 000 руб., выплаченных ООО «Регион Строй» Елесиной И.В. в качестве оплаты по договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли», заключенному 28.09.2012, которые оставлены без удовлетворения.

По заключенному с Берека Н.В. договору цессии (уступки прав требования) от 26.05.2014 ООО «Регион Строй» (цедент) уступило, а Берека Н.В. (цессионарий) приняла в полном объеме право требования возмещения стоимости доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» в размере 500 000 руб., возникшие по решению Арбитражного суда Омской области от 07.02.2013 года по делу N А46-29524/2012, в связи с переводом с цедента на Михалека В.В., именуемого в дальнейшем должник, права и обязанности покупателя доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» номинальной стоимостью 5 000 руб., что составляет 50% процентов уставного капитала ООО «Сибирские кровли», по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012, заключенному между Елесиной И.В. и цедентом.

Также цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право требования процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с момента возникновения обязанности должника возместить стоимость доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» (30.05.2013).

Поскольку Михалек В.В. денежные средства в связи с переводом на него прав и обязанностей покупателя доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» в сумме 500 000 руб. Берека Н.В. не перечислил, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требования Берека Н.В. являются обоснованными и правильно удовлетворены судом первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту — ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с пунктами 1 , 2 статьи 93 ГК РФ, пунктом 2 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту — Закон N 14-ФЗ) участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

В силу пункта 4 статьи 21 Закона N 14-ФЗ участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества по цене предложения третьему лицу или по отличной от цены предложения третьему лицу и заранее определенной уставом общества цене (далее — заранее определенная уставом цена) пропорционально размерам своих долей, если уставом общества не предусмотрен иной порядок осуществления преимущественного права покупки доли или части доли.

Смотрите так же:  ОАО Вита: Данные экспертиз противоречивы (Ставропольский край). Вита экспертиза

В пункте 7.1 Устава ООО «Сибирские кровли» предусмотрено, что участник общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо ее часть одному или нескольким участникам общества. Согласие общества или других участников общества на совершение такой сделки не требуется. Уступка доли либо ее части третьим лицам иным образом, чем продажа, допускается только с согласия других участников общества.

Пунктом 7.3 Устава ООО «Сибирские кровли», утвержденного решением общего собрания участников общества (протокол N 1 от 19.12.2001), установлено, что участники пользуются преимущественным правом покупки доли либо части доли участника пропорционально размерам своих долей.

Пунктом 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ установлены последствия нарушения при переходе доли (части доли) преимущественного права ее покупки, порядка получения согласия или запрета на отчуждение.

Согласно абзацу первому пункта 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ при продаже доли или части доли в уставном капитале общества с нарушением преимущественного права покупки доли или части доли любые участник или участники общества либо, если уставом общества предусмотрено преимущественное право покупки обществом доли или части доли, общество в течение трех месяцев со дня, когда участник или участники общества либо общество узнали или должны были узнать о таком нарушении, вправе потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя. Арбитражный суд, рассматривающий дело по указанному иску, обеспечивает другим участникам общества и, если уставом общества предусмотрено преимущественное право покупки обществом доли или части доли, обществу возможность присоединиться к ранее заявленному иску, для чего в определении о подготовке дела к судебному разбирательству устанавливает срок, в течение которого другие участники общества и само общество, отвечающие требованиям настоящего Федерального закона, могут присоединиться к заявленному требованию. Указанный срок не может составлять менее чем два месяца.

Как указывалось ранее, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Омской области от 07.02.2013 по делу N А46-29524/2012 по иску Михалека В.В. к ООО «Регион Строй», Елесиной И.В., при участии третьих лиц — ООО «Сибирские кровли», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 12 по Омской области — о переводе с ООО «Регион Строй» на Михалека В.В. прав и обязанностей покупателя доли в уставном капитале ООО «Сибирские кровли» номинальной стоимостью 5 000 руб., что составляет 50% уставного капитала ООО «Сибирские кровли», по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012, заключенному между Елесиной И.В. и ООО «Регион Строй», исковые требования Михалека В.В. удовлетворены.

Абзацем вторым пункта 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ предусмотрено, что в случае, если уставом общества предусмотрено преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале общества по заранее определенной уставом цене, лицо, на которое переводятся права и обязанности покупателя, возмещает расходы, понесенные покупателем в связи с оплатой доли или части доли в уставном капитале общества, в размере, не превышающем заранее определенной уставом цены покупки доли или части доли.

Абзац третий пункта 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ устанавливает, что в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении. При этом в случае передачи доли или части доли обществу расходы, понесенные приобретателем доли или части доли в связи с ее приобретением, возмещаются лицом, которое произвело отчуждение доли или части доли с нарушением указанного порядка.

Из системного толкования указанных норм пункта 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ следует, что в абзацах 2 и 3 данного пункта предусмотрены последствия нарушения при переходе доли (части доли) преимущественного права ее покупки в зависимости от разных способов отчуждения доли: купля-продажа (абзац 2) или иные оснований отчуждения (абзац 3). При этом в первом случае, лицо, на которое переведены права и обязанности покупателя, возмещает расходы, понесенные покупателем в связи с оплатой доли, во втором случае — расходы, понесенные приобретателем доли или части доли в связи с ее приобретением, возмещаются лицом, которое произвело отчуждение доли или части доли с нарушением установленного порядка.

Вместе с тем, из смысла нормы абзаца второго пункта 18 статьи 21 Закона N 14-ФЗ следует, что определение цены покупки доли или части доли в уставе заранее имеет правовое значение для установления стоимости расходов покупателя, понесенных в связи с оплатой доли или части доли, однако из существа данной нормы явствует, что она направлена на возмещение затрат не продавцу, а именно покупателю.

Решением Арбитражного суда Омской области от 20.01.2014 по делу N А46-10198/2013, оставленным постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2014 без изменения, со ссылками на приведенные выше нормы права указано, что Михалек В.В. обязан возместить расходы, понесенные ООО «Регион Строй» в связи с оплатой доли, именно данному юридическому лицу, являющемуся покупателем по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012.

Между тем, ООО «Регион Строй» уступило свои права по договору цессии (уступки прав требования) от 26.05.2014 Берека Н.В.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в законодательстве Российской Федерации отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия должника на уступку требований, вытекающих из договора поставки.

В результате совершения сделки об уступке требования происходит перемена кредитора в обязательстве, само обязательство не прекращается, изменяется его субъектный состав.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору ( пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие, связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Таким образом, обязанность Михалека В.В. по возмещению расходов, понесенных ООО «Регион Строй» в связи с оплатой доли по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 28.09.2012, в отсутствие её исполнения предыдущему кредитору должна быть исполнена перед новым кредитором, то есть перед Берека Н.В.

Ссылки Михалека В.В. на то, что ООО «Регион Строй» заключило договор об уступке права требования с ООО «ГК ХОРС», на основании которого последнее уведомило Михалека В.В. о необходимости исполнить обязанность по перечислению денежных средств новому кредитору — ООО «ГК ХОРС», которая ответчиком была исполнена 24.10.2013, не принимаются судом апелляционной инстанции.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ООО «Регион Строй» и Берека Н.В. заявили о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ: требование об оплате долга от 16.10.2013, направленное ООО «ГК ХОРС» в адрес Михалека Валерия Владиславовича; уведомление об уступке права требования от 26.08.2013 от ООО «ГК ХОРС» в адрес Михалека В.В.; договор возмездной уступки прав цессии от 21.08.2013 N 14, заключенный между ООО «Регион Строй» и ООО «Группа Компаний ХОРС»; подтверждение платежа N 19184129596; уточнение назначения платежа от 04.07.2014.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Исходя из смысла норм статьи 161 АПК РФ, следует, что для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры, в том числе истребует подлинники документов.

В целях проводимой проверки определениями арбитражного суда от 14.08.2014, от 02.09.2014, 30.09.2014 и 23.10.2014 у ООО «ГК ХОРС» запрошен подлинник договора уступки прав (цессии) от 21.08.2013 N 14, заключенный между ООО «ГК ХОРС» и ООО «Регион Строй», и подлинная квитанция к приходному кассовому ордеру от 21.08.2013 N 3.

Между тем, на предложение суда апелляционной инстанции представить оригиналы указанных документов ООО «ГК ХОРС» не отреагировало, подлинные документы не представило.

Поскольку в соответствии с требованиями, предъявляемыми к проведению судебно-технической экспертизы (производство которой необходимо при проверке заявления о фальсификации), для ее производства должны представляться оригиналы исследуемых документов, то в отсутствие таковых нет и объекта исследований.

Исходя из норм части 6 статьи 71 , статьи 161 АПК РФ, при отсутствии подлинника документа, о фальсификации которого заявлено стороной, обстоятельства, в подтверждение которого представлен этот документ, не могут быть подтверждены его копией.

Согласно пункту 1 статьи 385 ГК РФ должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу.

Если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев делового оборота или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования ( статья 312 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120, в силу положений, предусмотренных статьями 312 , 382 , 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Кодекс не предусматривает обязательность предоставления должнику в качестве доказательства перемены кредитора соглашения, на основании которого цедент принял обязательство передать право (требование) цессионарию. Достаточным доказательством является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Следовательно, если первоначальный кредитор оспаривает факт перехода права, то в отсутствие уведомления от цедента либо акта по передаче права (требования) по договору об уступке права (требования) уведомление должника цессионарием не является доказательством состоявшейся уступки права требования и риск возможных последствий исполнения обязательства ненадлежащему лицу должен нести должник.

Такой подход соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.03.2012 N 14548/11 по делу N А40-33999/10-47-296.

О состоявшейся уступке должник — Михалек В.В. уведомлен письмом цессионария (ООО «ГК ХОРС»), но не цедента, что в данном случае не является надлежащим доказательством, достаточным для осуществления должником исполнения новому кредитору.

Исполнив перед ненадлежащим кредитором обязанность по перечислению денежных средств за долю в уставном капитале ООО «Сибирские кровли», именно Михалек В.В. несет риск последствий такого исполнения.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены решения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении вопроса были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба Михалекп В.В. удовлетворению не подлежит.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб. относятся на её подателя.

На основании изложенного и, руководствуясь пунктом 1 статьи 269 , статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

Решение Арбитражного суда Омской области от 20.11.2014 по делу N А46-6613/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Передача прав требования к обществу

Передача компанией имущества, прав и обязанностей своим “дочкам“ связана с определенными рисками, поскольку по закону дочерние общества не являются правопреемниками своих учредителей. Однако многих рисков можно избежать, разработав четкий правовой механизм передачи обязательств материнских компаний дочерним.

На практике действия организации по учреждению дочернего общества и передача ему имущества могут быть квалифицированы в качестве действий, совершаемых с целью вывода ликвидных активов (сокрытия имущества) и уклонения от удовлетворения требований кредиторов и уплаты налогов. Это подтверждает и сложившаяся по данному вопросу арбитражная практика (постановления ФАС Уральского округа от 18.08.97 по делу № Ф09–685/97, ФАС Центрального округа от 25.05,2000 по делу № А54–2840/99-СЗ и ФАС Волго-Вятского округа от 09.02.04 по делу № А39–948/2003–55/7).

Согласно гражданскому законодательству право кредитора и долг должника могут быть переданы другому лицу либо по сделке (уступка прав требования и перевод долга соответственно), либо на основании закона. Однако возможность реализации этих правовых механизмов напрямую зависит от момента передачи задолженности дочернему обществу. Так, при учреждении дочернего общества задолженность его учредителей может быть передана только на основании закона: в связи с тем, что новое юридическое лицо еще не зарегистрировано, нельзя заключить договор уступки права требования или перевода долга. Созданному дочернему обществу задолженность может быть передана как на основании сделки, так и закона.

В зависимости от того, на какой стадии будет происходить передача дочернему обществу задолженности от учредителя, различаются процедура передачи и ее налоговые последствия.

Передача задолженности при учреждении дочернего общества. Оптимальный вариант

При учреждении общества задолженность может быть передана при оплате его уставного капитала. Возможность передачи задолженности зависит от того, какими объектами будет оплачиваться уставный капитал. Оплата уставного капитала дочернего общества может производиться деньгами, ценными бумагами, имущественными либо иными правами, имеющими денежную оценку (п. 2 ст. 34 Закона № 208-ФЗ и п. 1 ст. 15 Закона № 14-ФЗ соответственно). Дебиторская задолженность, являясь имущественным правом, может быть передана создаваемому обществу при оплате его уставного капитала. Кредиторская задолженность как самостоятельный объект гражданских прав не передается в качестве вклада в уставный капитал дочернего общества, поскольку признается не правом, а обязанностью. Однако и передача дебиторской задолженности как самостоятельного объекта гражданских прав сопряжена с рядом проблем.

Во-первых, в данной ситуации сложно определить момент оплаты уставного капитала дебиторской задолженностью. Например, моментом оплаты уставного капитала недвижимым имуществом является передача такого имущества учреждаемому обществу (подписание акта приема-передачи). Момент оплаты уставного капитала дебиторской задолженностью законодательно не урегулирован.

Во-вторых, законодательством об АО и ООО срок для полной оплаты уставного капитала дочернего общества установлен в один год (п. 1 ст. 34 Закона № 208-ФЗ и п. 1 ст. 16 Закона № 14-ФЗ). Если переданная дебиторская задолженность не будет погашена в течение этого срока, непонятно, каковы будут правовые последствия такой передачи.

В-третьих, неурегулированным является вопрос о правовых последствиях и в случае, если после передачи дебиторской задолженности в уставный капитал дочернего общества право требования такой задолженности будет признано недействительным (например, судебным решением).

В-четвертых, может возникнуть проблема соотношения величины уставного капитала и стоимости чистых активов дочернего общества. В соответствии с п. 4 ст. 35 Закона № 208-ФЗ, если по окончании второго и каждого последующего финансовых годов стоимость чистых активов общества оказывается меньше его уставного капитала, общество обязано объявить об уменьшении своего уставного капитала до величины, не превышающей стоимость его чистых активов.

Таким образом, в связи с перечисленными спорными моментами авторы статьи не рекомендуют передавать дебиторскую задолженность в качестве оплаты уставного капитала дочернего общества. Целесообразнее осуществлять передачу дебиторской задолженности в составе имущественного комплекса. Этот правовой механизм приемлем и для передачи кредиторской задолженности.

В соответствии с гражданским законодательством права требования и долги могут входить в состав предприятия как имущественного комплекса, используемого для осуществления предпринимательской деятельности (п. 2 ст. 132 ГК РФ). Такое мнение в своих решениях неоднократно высказывали и суды (постановления ФАС Поволжского округа от 05.03.02 по делу № А65–8240/2001-СГЗ-33 и ФАС Северо-Кавказского округа от 11.03.03 по делу № Ф08–380/2003). При этом в состав предприятия как имущественного комплекса входят не все права требования и долги, а лишь те, которые связаны с его хозяйственной деятельностью.

Следует отметить, что предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью (п. 1 ст. 132 ГК РФ). На практике при оплате уставного капитала дочернего общества имущественным комплексом, который включает гражданско-правовую задолженность, и при переходе права собственности на комплекс к дочернему обществу может встать вопрос о необходимости предварительной регистрации этого имущественного комплекса в качестве объекта недвижимости.

Смотрите так же:  Как принять участие в тендере: требования к участникам и необходимые документы. Как оформить документы для участия в аукционе

В гражданском законодательстве отсутствуют специальные нормы, регулирующие порядок оплаты уставного капитала обществ имущественным комплексом. Не установлены и правила оформления дебиторской и кредиторской задолженностей при оплате уставного капитала общества имущественным комплексом, в составе которого находится соответствующая задолженность. В данном случае к оформлению дебиторской задолженности по аналогии могут применяться правила, регулирующие переход прав кредитора к другому лицу (статьи 382–390 ГК РФ), а к оформлению кредиторской задолженности — правила, регулирующие права кредиторов при продаже предприятия (ст. 562 ГК РФ). При передаче задолженности в составе имущественного комплекса, которым оплачивается уставный капитал дочернего общества, необходимо учитывать определенные аспекты.

Уведомление кредиторов и должников. Согласно ст. 562 ГК РФ при продаже предприятия кредиторы по обязательствам, включенным в состав продаваемого предприятия, должны быть письменно уведомлены о его продаже одной из сторон договора продажи (до его передачи покупателю). Это позволяет сделать вывод о том, что организация-учредитель до передачи имущественного комплекса в уставный капитал дочернего общества должна уведомить кредиторов по обязательствам, включенным в состав такого имущественного комплекса. При этом кредитор, который письменно не сообщил продавцу или покупателю о своем согласии на перевод долга, в течение трех месяцев со дня получения уведомления вправе предъявить требование о прекращении или досрочном исполнении обязательства (ст. 562 ГК РФ). Кроме того, кредитор может требовать признать договор о создании дочернего общества (учредительного договора) недействительным. Следует отметить, что по долгам, которые были переданы дочернему обществу без согласия кредитора, основное и дочернее общества несут солидарную ответственность.

Условие об уведомлении относится и к передаче дебиторской задолженности. В соответствии с п. 3 ст. 382 ГК РФ организация должна известить должника о состоявшейся уступке права требования (передаче соответствующего права в составе имущественного комплекса). При передаче дебиторской задолженности согласия должника не требуется, за исключением случаев, когда данная обязанность основного общества (получение согласия) предусмотрена соответствующим договором с должником. На это в своих решениях указывают и суды (постановление ФАС Даль невосточного округа от 10.10.2000 по делу № Ф03-А73/00–1/1824). Согласие должника потребуется в случае, если материнская компания имеет общие деловые интересы с компанией-должником, например договор о совместной деятельности или обязательства с использованием зачета. На это также неоднократно ссылаются суды (постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 16.08.01 по делу №А19–4694/01–31-Ф02–1807/2001-С2 и ФАС Дальневосточного округа от 16.02.02 по делу № Ф03-А51/02–1/2582).

Оформление передачи задолженности. В соответствии с гражданским законодательством при передаче дочернему обществу задолженности материнской компании не нужно заключать договоры уступки права требования и перевода долга (п. 2 ст. 34 Закона № 208-ФЗ, п. 2 ст. 132 и п. 1 ст. 382 ГК РФ). Однако если соответствующая задолженность вытекает из договора, то целесообразно заключить дополнительное соглашение к такому договору, в котором будут указаны соответствующие изменения.

Проведение независимой оценки. Если уставный капитал дочернего общества оплачивается имущественным комплексом, то для определения рыночной стоимости такого имущества должен привлекаться независимый | оценщик (п. 3 ст. 34 Закона № 208-ФЗ и п. 2 ст. 15 Закона № 14-ФЗ).

При передаче имущественного комплекса в качестве вклада в уставный капитал дочернего общества существует риск возникновения спорной ситуации по вопросу обложения НДС имущественных прав по дебиторской задолженности, возникшей из договора поставки продукции (выполнения работ, оказания услуг). В соответствии с налоговым законодательством объектом обложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории России, в том числе передача имущественных прав (подп. 1 п. 1 ст. 146 НК РФ). При этом передача имущества в качестве взноса в уставный капитал хозяйственных обществ и товариществ не признается объектом обложения НДС (подп. 4 п. 3 ст. 39 и подп. 1 п. 2 ст. 146 НК РФ). Под имуществом в НК РФ понимаются виды объектов гражданских прав (за исключением имущественных), относящихся к имуществу в соответствии с ГК РФ (п. 2 ст. 38 НК РФ). Исходя из указанных норм имущественные права, вносимые в уставный капитал дочернего общества, должны облагаться НДС. Однако установление различного порядка налогообложения указанных операций противоречит принципу экономической обоснованности налогов (п. 3 ст. 3 НК РФ). Кроме того, такое толкование положений НК РФ нарушает установленный в п. 1 ст. 3 НК РФ принцип всеобщности и равенства налогообложения, поскольку организации, передающие в уставный капитал имущественные права, для целей исчисления НДС находятся в неравном положении с организациями, передающими имущество. В соответствии с п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика.

На основании этого можно сделать вывод, что операция по передаче в уставный капитал учрежденному обществу имущественных прав не должна признаваться объектом обложения НДС. Иная позиция противоречит вытекающим из Конституции РФ (статьи 19 и 57) принципам всеобщности и равенства налогообложения. Однако следует отметить, что по данному вопросу существует вероятность споров и разногласий с налоговыми органами.

Налоговые риски по передаче дочернему предприятию задолженности материнской компании могут быть связаны и с вычетами сумм НДС по авансам по дебиторской и кредиторской задолженностям, а также по кредиторской задолженности перед поставщиками и подрядчиками по оплате поставленных производственных запасов, нематериальных активов и основных средств. При передаче имущественного комплекса, в состав которого входят дебиторская и кредиторская задолженности, предполагается, что дочерней компании переходит и право на вычет сумм НДС по данным правам и обязательствам при условии, что основное предприятие не успело этим правом воспользоваться. Напомним, что в соответствии со ст. 171 НК РФ для получения налогоплательщиком права на вычет по НДС необходимо, чтобы приобретенные товары (работы, услуги) были оприходованы и оплачены. Основные средства помимо перечисленных условий должны быть введены в эксплуатацию. На практике условия для вычета НДС в большинстве случаев разделены: часть соблюдена материнской компанией, часть — дочерней. В этой ситуации существует большая вероятность отказа в применении вычета НДС как той, так и другой сторонам. Поэтому компании необходимо разработать четкую правовую позицию в отношении переданных имущественных прав с направлением дела в суд либо изменением договорных отношений с поставщиками/подрядчиками.

Передача задолженности созданному дочернему обществу

Как указывалось выше, созданному обществу задолженность может быть передана либо посредством заключения договора уступки права требования или перевода долга, либо на основании закона.

Договоры уступки права требования и перевода долга

Данный вариант передачи задолженности осуществляется по общим правилам, регулирующим перевод долга (статьи 391 и 392 ГК РФ) и переход прав кредитора к другому лицу (статьи 382–390 ГК РФ).

При заключении договора уступки права требования дочернее общество обязано заплатить головной компании денежные средства или выставить иное встречное требование, а при заключении договора перевода долга ситуация обратная. Если договор является безвозмездным, сделку могут признать дарением между коммерческими организациями, а это запрещено ст. 575 ГК РФ. Это подтверждает сложившаяся по данному вопросу арбитражная практика (постановления ФАС Московского округа от 23.07.01 по делу № КГ-А40/3659–01 и ФАС Восточно-Сибирского округа 27.01.04 по делу № A78–3480/03-C1–7/133 Ф02–59/04-С2).

При передаче дочернему обществу кредиторской задолженности материнская компания обязана получить согласие своих кредиторов (п. 1 ст. 391 ГК РФ). При передаче дебиторской задолженности ситуация иная: основное или дочернее общество должны уведомить должника о состоявшейся уступке права требования и по общему правилу согласие должника не требуется. Исключением являются те же самые случаи, что и при передаче задолженности в составе имущественного комплекса.

Налоговые последствия. Передачу задолженности в уставный капитал на основании договоров об уступке прав требования и передаче долга для налогообложения целесообразно осуществлять в следующем порядке.

  1. Головная компания по договору уступки права требования передает дочернему обществу дебиторскую задолженность по оплате реализованных товаров (работ, услуг).
  2. Материнская компания по договору уступки права требования передает дочернему обществу дебиторскую задолженность перед поставщиками по выданным авансам.
  3. Головной офис по договору перевода долга передает дочернему обществу кредиторскую задолженность по оплате перед поставщиками за реализованные товары (работы, услуги).
  4. Проводится зачет по расчетам основного и дочернего обществ по оплате уступленных прав требования и перевода долга.
  5. Материнская компания предъявляет к вычету НДС в стоимости полученных от поставщика товаров (работ, услуг), кредиторская задолженность по оплате которых передана дочернему обществу.
  6. Дочернее общество предъявляет к вычету НДС по оплаченным головной компанией авансам при принятии товаров к учету.

В соответствии со ст. 154 НК РФ при передаче дебиторской задолженности дочернему обществу по договору уступки прав требования материнская компания получает оплату за реализованные товары (работы, услуги) и соответственно обязана исчислить НДС со стоимости реализованных товаров (работ, услуг). У дочернего общества налоговая база по НДС появляется только в том случае, если при последующей уступке или прекращении обязательства он получит сумму, превышающую затраты на приобретение права требования, то есть получит доход (п. 2 ст. 155 НК РФ). Таким образом, в договоре уступки нужно установить цену на передаваемое право в размере дебиторской задолженности. При прекращении обязательства или пос леду ющей уступке у поручающей стороны не возникает налоговой базы по НДС. Также ни у одной из сторон не возникает налогооблагаемого дохода по налогу и прибыль. Следует отметить, что безвозмездная уступка права требования будет признаваться внереализационным доходом дочернего общества (п. 8 ст. 250 НК РФ).

Что касается кредиторской задолженности то у материнской компании при переводе долга прекращаются обязательства перед кредиторами и появляется обязательство перед дочерним обществом по оплате переведенного долга. Кредиторская задолженность не является имущественным правом, поэтому перевод долга не признается реализацией для целей налогообложения. Таким образом, налоговых обязательств при переводе долга не возникает. У дочернего общества возникает задолженность перед бывшими кредиторами основного общества, а также дебиторская задолженность основного общества по оплате переведенного долга. Эта задолженность может быть погашена зачетом встречной задолженности дочернего общества по оплате уступленного права требования.

Передача на основании закона

В статье 387 ГК РФ перечислены случаи, когда права кредитора по обязательству переходят к другому лицу непосредственно на основании закона или при наступлении определенных обстоятельств, предусмотренных законом. Что касается перевода долга на другое лицо, то подобный перечень в ГК РФ отсутствует. Однако перевод долга осуществляется, в частности, при реорганизации и продаже предприятия. Из перечисленных в ГК РФ случаев для передачи задолженности дочернему обществу можно использовать лишь одно основание — переход права кредитора к поручителю при исполнении последним обязательств должника.

Реализация данного варианта передачи задолженности заключается в том, что между дочерним обществом и кредитором головной компании заключается договор поручительства. В соответствии с данным договором дочернее общество обязывается перед кредитором материнской компании отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или частично (ст. 361 ГК РФ). Выступая поручителем организации-учредителя в соответствующем обязательстве, дочернее общество имеет правовые основания исполнить данное обязательство вместо нее. Однако следует иметь в виду, что на основании п. 1 ст. 365 ГК РФ после исполнения дочерним обществом обязательства его учредителя права его кредитора переходят к дочернему обществу.

В связи с тем что рассматриваемый способ предусматривает переход права кредитора основного общества к дочернему, данный способ передачи задолженности может быть использован только применительно к кредиторской задолженности основного общества. Более того, данный вариант может быть применен и как самостоятельный, и как “подстраховочный“ способы передачи кредиторской задолженности, например если при передаче задолженности по договору кредитор откажется дать согласие на перевод долга на дочернее общество.

На практике данный способ передачи кредиторской задолженности может быть использован в случае, если у головной компании на момент создания дочернего общества остались действующие договоры, исполнение которых целесообразнее осуществлять в пользу дочерних обществ (например, договоры на поставку сырья для производства продукции, уже осуществляемого соответствующим дочерним обществом; у материнской компании отсутствует потребность в данном сырье, так как данный вид деятельности осуществляет дочернее общество).

Как составить договор поручительства. В соответствии с гражданским законодательством договор поручительства должен составляться в письменной форме, иначе он будет признан недействительным (ст. 362 ГК РФ).

В договоре поручительства между дочерним обществом и кредитором головной компании может быть установлена как солидарная, так и субсидиарная ответственность. Солидарная ответственность означает, что кредитор основного общества вправе требовать исполнения по соответствующему обязательству как от организации-учредителя и дочерне: общества совместно, так и от любого из них отдельности, причем как полностью, так и частично (ст. 323 ГК РФ). Субсидиарная ответственность означает, что кредитор может предъявить требование дочернему обществу только в том случае, если материнская компания отказалась удовлетворить такое требование кредитора или кредитор не получил от нее в разумный срок ответ на предъявленное требование (ст. 399 ГК РФ). В связи с необходимостью предварительного обращения кредитора к основному обществу при субсидиарной ответственности в договоре поручительства; целесообразно установить солидарную ответственность дочернего общества. В этом случае кредитор головной компании вправе обратиться сразу к дочернему обществу, причем как по исполнению договора в целом (например, если оно не было осуществлено), так и в части долга (например, при частичном исполнении договора).

Что касается объема ответственности дочернего общества, то в договоре поручительства он может быть как полным, так и ограниченным. Имеет смысл в договоре поручительства указывать полный объем ответственности дочернего общества (включая проценты), поскольку при исполнении дочерним обществом соответствующего обязательства основного общества именно “дочка» станет кредитором основного общества в полном объеме (первоначальный кредитор выбывает из отношений). При ограниченной ответственности дочернего общества как поручителя первоначальный кредитор может сохранить право, например, на получение процентов и предъявить соответствующие требования головной компании.

Следует отметить, что согласно п. 1 ст. 365 ГК РФ дочернему обществу как поручителю предоставлено право требовать от материнской компании (должника) уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за основное общество. Однако на практике данное право не будет реализовано дочерним обществом, учитывая его зависимость от основного общества.

Налоговые последствия. Погашение задолженности материнской компании дочерним обществом на основании договора поручительства может производиться двумя способами, в зависимости от которых будет различаться налогообложение участников сделки.

Первый способ. Поручитель может выполнить обязательство должника перед кредитором по оплате товаров (работ, услуг). Должник в свою очередь погашает обязательство перед поручителем денежными средствами или путем предоставления ему товаров (работ, услуг).

Поскольку сумма расходов поручителя на выполнение обязательства равна сумме его требования к должнику, налогооблагаемая прибыль не возникает. Обязанности по исчислению НДС также не будет, так как отсутствует объект налогообложения. При погашении материнской компанией обязанности перед поручителем (дочерним обществом) путем предоставления товаров (работ, услуг) у поручителя возникает право на вычет НДС, включенного в стоимость полученных товаров (работ, услуг). Выполнение обязательства перед кредитором фактически будет являться оплатой этих товаров (работ, услуг).

У материнской компании сумма обязательств перед поручителем является расходом для целей налогообложения прибыли у должника и признается в налоговом учете у должника по методу начисления независимо от фактической выплаты денежных средств или иной формы оплаты. Оплата задолженности перед дочерним обществом является для материнской компании основанием для предъявления к вычету сумм НДС, указанных кредитором в стоимости товаров (работ, услуг). При оплате задолженности путем предоставления товаров (работ, услуг) возникает обязанность по начислению доходов по налогу на прибыль в стоимости указанных товаров (работ, услуг), а также по начислению НДС. Это объясняется тем, что передача товаров (выполнение работ, оказание услуг) является реализацией для целей исчисления налогов.

В целом операция по погашению обязательства перед дочерним обществом путем предоставления товаров (работ, услуг) не приведет к дополнительной налоговой нагрузке. Начисление расходов и НДС к вычету при погашении обязательства перед поручителем уравновешивается начислением доходов и НДС при реализации товаров поручителю.

Второй способ. Д очернее общество (поручи тель) выполняет обязательство материнской компании перед кредитором по реализации товаров (работ, услуг) в счет полученных авансов. Должник погашает обязательство перед поручителем также денежными средствами или путем предоставления ему товаров (работ, услуг).

При реализации дочерним обществом товаров (работ, услуг) кредитору возникают объект обложения НДС и обязанность по начислению дохода по налогу на прибыль. А получение материнской компанией аванса от кредитора в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг) является основанием для начисления НДС с авансовых платежей. Суммы НДС, уплаченные с авансов, полученных в с предстоящих поставок товаров (работ, услуг) принимаются к вычету при реализации налогоплательщиком соответствующих товаров (работ, услуг) на основании п. 6 ст. 172 НК РФ, а также в случае расторжения договора и возврата сумм авансовых платежей (п. 5 ст. НК РФ).

При погашении обязательств перед поручителем путем предоставления товаров (работ, услуг), в счет оплаты которых был уплачен аванс, выполняются условия для вычета, установленные п. 6 ст. 172 НК РФ. Погашение обязательства перед поручителем денежными средствами можно оформить как возврат аванса, следовательно, в этом случае также можно применить вычет, установленный п. 5 ст. 171 НК РФ.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что переход прав кредитора от основного общества к дочернему при обеспечении им поручительства проблем с применением налогового законодательства не вызывает. Распечатано с сайта компании «Развитие бизнес-систем» (РБС).

Закрытое акционерное общество «Аудиторско-консультационная группа «Развитие бизнес-систем».
Телефон: +7 495 967 6838 / Факс: +7 495 956 6850 / e-mail:
© 2011 / ЗАО «АКГ «РБС»/ Все права защищены

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *