Электронная библиотека

Правление царя Хаммурапи (1792 – 1750 гг. до н.э.) ознаменовано изданием сборников законов. Хаммурапи, придавая большое значение законодательной деятельности, приступил к ней в самом начале своего правления. Первая кодификация была создана на втором году правления; это был год, когда царь «установил право стране». Эта кодификация не сохранилась. Известные Законы Хаммурапи относятся к концу его царствования.

Эти законы были выбиты на большом черном базальтовом столбе. Наверху лицевой стороны столба изображен царь, стоящий перед богом Солнца Шамашем – покровителем суда. Под рельефом начертан текст законов, заполняющий обе стороны столба. Текст распадается на три части. Первой частью является обширное введение, в котором Хаммурапи объявляет, что боги передали ему царство для того, «чтобы сильный не притеснял слабого». Затем следует перечисление благодеяний, которые были оказаны Хаммурапи городам своего государства. После введения следуют статьи законов, которые, в свою очередь, заканчиваются обстоятельным заключением. Всего памятник насчитывает 282 статьи.

При составлении сборника в его основу было положено старое обычное право, шумерийские судебники, новое законодательство. Законы несовершенны с точки зрения их полноты и по своей категоричности, они не предусматривают разнообразных явлений жизни. Тексты составлены в основном в казуистической форме. Законы не содержат общих принципов, нет системы в изложении, хотя известная логика присутствует. Но все представленные случаи разбираются с большой обстоятельностью. Законы Хаммурапи в отличие от других восточных кодификаций не содержат религиозного и морализующего элемента.

Своим законодательством Хаммурапи пытался закрепить общественный строй государства, господствующей силой в котором должны были явиться мелкие и средние рабовладельцы. Это первый известный сборник законов, освещавший рабовладельческий строй, частную собственность. Законы содержат пережитки родового строя, это проявляется в суровости наказаний, сохранении принципа талиона (виновного постигает та же участь, что и потерпевшего), применении ордалия (испытания).

Право собственности. Во времена правления Хаммурапи частная собственность достигла полного развития. В Вавилоне существовали различные виды земельной собственности: были земли царские, храмовые, общинные, частные. И царским, и храмовым хозяйством управлял царь, и это был важнейший источник дохода. Во времена Хаммурапи царская земля раздавалась в пользование издольщикам. Значение царского хозяйства было велико и в области торговли и обмена. Царствование Хаммурапи отмечено интенсивным развитием частной собственности на землю, чему в немалой степени способствовало расширение царем Хаммурапи сети каналов. Частное землевладение было различным по своему объему, крупные землевладельцы использовали труд рабов и наемных рабочих, мелкие – сами обрабатывали свою землю. Развитие частной собственности на землю вело к сокращению общинных земель, упадку общины. Земли свободно могли продаваться, сдаваться в аренду, передаваться по наследству, о каких-либо ограничениях со стороны общины источники не упоминают.

Особый правовой режим существовал в отношении имущества воинов (имущество илку), о чем говорилось ранее.

Обязательства. В Законах Хаммурапи имеется ряд статей, регулирующих аренду земли, игравшую, очевидно, большую роль в земельных отношениях того времени. Плата за арендованное поле равнялась обычно одной трети урожая. При аренде на условиях отдачи половины урожая, сдавший в аренду обязывался участвовать в расходах или в работе по обработке поля. Сад, который давал больше дохода, сдавался за две трети урожая. Аренда была краткосрочной (на один или два года). На более длительный срок в аренду сдавалась еще не освоенная земля. Законодательство, определяющее отношения между хозяином земли и арендатором, способствовало развитию хозяйства. Если арендатор не обрабатывал взятую землю, то он должен был уплатить хозяину поля исходя из объема урожая, выращенного соседями.

Кроме аренды поля, сада Законы Хаммурапи упоминают о различных видах имущественного найма: помещения, домашних животных, судов, повозок, рабов. Законы устанавливают не только плату за наем вещей, но и ответственность в случае потери или гибели нанятого имущества.

Широко был распространен договор личного найма. Кроме сельскохозяйственных рабочих, нанимали врачей, ветеринаров, строителей. Законы определяют порядок оплаты труда этих лиц, а также ответственность за результаты труда (например, врача в случае смерти больного).

Довольно подробно Законы Хаммурапи регулировали договор займа. Характерной чертой законодательства Хаммурапи в этом вопросе является стремление ограничить должника от кредитора и предотвратить долговое рабство. Об этом свидетельствуют положения о максимальном сроке отработки долга (3 года), ограничение процентов, взимаемых ростовщиком как с денежного, так и с натурального займа, ответственность кредитора в случае смерти должника в результате дурного обращения с ним.

В условиях существования частной собственности как на движимое, так и недвижимое имущество, большое развитие получил договор купли-продажи. Продажа наиболее ценных предметов (земли, построек, рабов, скота) осуществлялась в письменной форме (на глиняных табличках) при свидетелях. Продавцом мог быть только собственник вещи. Продажа имущества, изъятого из оборота (например, имущества илку), считалась недействительной.

Кроме названных договоров, законодательство Хаммурапи знает договоры хранения (поклажи), товарищества, мены, поручения.

Законам Хаммурапи были известны обязательства, вытекающие из причинения вреда. Ответственность несет тот, кто причинит смерть рабу (хозяину следует отдать раба за раба). Корабельщик, потопивший корабль вместе с вверенным ему для перевозки имуществом, обязан возместить стоимость всего погибшего.

Брачно-семейные отношения. Брак был действительным только при наличии письменного договора, заключенного между будущим мужем и отцом невесты. Семейные отношения строились па главенстве мужа. Жена за неверность подвергалась суровому наказанию. Если жена была бесплодна, муж мог иметь побочную жену. Однако замужняя женщина не была бесправна. Она могла иметь свое имущество, сохраняла право на приданое, имела право на развод, могла наследовать после мужа вместе с детьми.

Довольно сильная власть отца над детьми проявляется в возможности продавать детей, отдавать в качестве заложников за долги, за злословие на родителей – отрезать язык. Тем не менее, закон ограничивает эту власть. Так, отец не имел права лишить наследства сына, не совершившего преступления. Законы Хаммурапи признают усыновление детей.

Наследование по завещанию уже имеет силу, но с известными ограничениями. Преимущественным способом наследования является наследование по закону. В качестве наследников выступали: дети, усыновленные дети, внуки, дети от рабыни-наложницы, если отец признавал их своими.

Уголовное право и процесс. Как и другие древние кодификации Законы Хаммурапи не дают общего понятия преступления и перечня всех тех деяний, которые признаются преступными.

Ничего не говорится в законах о государственных и религиозных преступлениях, всегда караемых смертью. Из содержания кодификации можно выделить лишь три вида преступлений: против личности, имущественные и против семьи.

Среди преступлений против личности законы называют неосторожное убийство (об умышленном ничего не говорится), к таким преступлениям относятся, например, действия строителя, построившего дом, который обвалится и причинит смерть хозяину. Таким образом будет отвечать врач, причинивший смерть человеку в результате операции. Довольно подробно в законах говорится о различного рода членовредительствах: о повреждении глаза, зуба, кости. Во всех случаях при определении наказания действует принцип талиона: виновного постигает та же участь, что и потерпевшего. В случае причинения побоев с преступника взимается определенный штраф.

К имущественным преступлениям, указанным в законах, следует отнести кражу скота, рабов. Укрывательство рабов, снятие клейма с рабов называют законы как преступные действия. Как отличное от кражи преступление законы называют грабеж. Все имущественные преступления наказывались очень сурово. Это была либо смертная казнь, либо членовредительство (отрубание руки, например), либо огромный штраф, многократно превышающий стоимость украденного и заплатить который мог далеко не каждый. В случае неуплаты такого штрафа наступала смерть.

Среди преступлений, подрывающих устои семьи, законы называют прелюбодеяние (причем, только со стороны жены), кровосмешение (например, связь матери с сыном, отца с дочерью и других близких родственников). Названы преступлениями действия, подрывающие отцовскую власть (сын, ударивший своего отца, лишается руки).

Виды наказаний, предусмотренные Законами Хаммурапи, определяются их целью. Такой целью является возмездие. Поэтому при определении наказания законодатель довольно часто руководствуется принципом талиона. Основными видами наказаний являются смертная казнь в самых различных вариантах: сожжение, утопление, посажение на кол. Существовали членовредительские наказания: отрубание руки, отрезание пальцев, языка и т.п., штрафы, изгнание.

Процесс был одинаков как по уголовным, так и по гражданским делам. Дело начиналось с заявления потерпевшей стороны. В качестве средств доказывания служили свидетельские показания, клятвы, ордалий (законы упоминают испытание водой). Нормы процессуального права требовали от судей лично «исследовать дело». Судья не мог изменить свое решение. Если он это делал, то платил штраф в 12-кратном размере к сумме иска и лишался своего места без права судить

Срочно?
Закажи у профессионала, через форму заявки
8 (800) 100-77-13 с 7.00 до 22.00

Право собственности и обязательное право в Древнем Вавилоне (по законам Хаммурапи).

Кодекс Хаммурапи составлен в казуистической форме, т. е. в виде статей, излагающих норму не в общей, абстрактной форме, а в форме частного случая (казуса). Вот соответствующий пример: «Если человек будет пойман с краденым рабом или с краденой рабыней, то за раба он должен привести еще одного раба, за рабыню еще одну рабыню».

Статьи кодекса не расположены по отраслям права, хотя авторы (или автор его) стремились к логической группировке.

Тест на внимательность Только 5% пользователей набирают 100 баллов. Сколько баллов наберешь ты?

Право собственности как юридическая категория не было четко определено. Однако из многочисленных гражданско-правовых сделок можно без сомнения сказать, что существовала государственная, дворцовая, коллективная (общинная), частная собственность на землю. Знаком собственности на землю служили межевые столбы — кудурру. Отчуждение земельного участка предусматривало сложную процедуру. Сделки с землей заносились в особые книги и совершались в присутствии многих свидетелей. За общиной сохранялся контроль за использованием земли. Уход из общины влек за собой потерю права собственности на земельный участок. Обычным делом был захват общинной земли знатью, чиновниками, да и самим царем.

Обязательственное право было разработано весьма основательно. Из кодекса следует, что обязательства возникают из договоров и правонарушений, направленных против личности или имущества. Основными договорами были договор займа и договор купли-продажи. Для придания договору купли-продажи законной силы нужны были три условия: 1) чтобы имущество не было изъято из гражданского оборота (например, илку); 2) чтобы продавец был собственником продаваемой вещи и мог гарантировать покупателя от эвикции, т. е. истребования вещи третьим лицом, настоящим собственником (скажем, купили ворованную вещь); 3) чтобы оформление договора проходило в присутствии свидетелей.

Договоры прежде всего по недвижимости (земли, строений) и при отчуждении раба, скота оформлялись письменно. Они писались на глиняных табличках, которые потом обжигались в печи. Этим и объясняется большое количество текстов всевозможных договоров, дошедших до наших дней.

В случаях, если купленная вещь опознана ее действительным собственником, покупатель должен был представить свидетелей покупки и привести продавца, если он не приводит их, то подлежал смерти как вор. А если «хозяин пропавшей вещи не приведет свидетелей, знающих его пропавшую вещь», то он подлежал смертной казни «как лжец, который возводит клевету».

Кодекс Хаммурапи четко разграничивал договор займа и договор имущественного найма. В первом случае, т. е. при договоре займа вещи характеризовались родовыми признаками (деньги, зерно, мука и т. д.), а во втором договоре- индивидуальными (рабочий скот, рабы, инвентарь).

Кодексом по договору займа были определены проценты: 20% при займе денег и 30% при займе зерна. В качестве залога выступала земля должника и его имущество. Должник мог заложить кредитору любого члена семьи или самого себя, что называется долговой кабалой. В случае невозврата долга кредитор брал должника или члена его семьи в рабство. В отличие от других государств восточной деспотии кодексом Хаммурапи определен срок кабалы в три года.

Древневавилонскому праву были известны договоры хранения (поклажи), товарищества, поручительства, мены.

§ 4. Обязательственное право

Передача вещи, по-видимому, сопровождалась символическим возложением палки, о чем делается упоминание в договоре. Этот обряд напоминает об обычаях, которые позднее мы встречаем у римлян с их символическим наложением палочки — vindicta — на спорную вещь.
В качестве предметов купли-продажи фигурируют как движимые вещи (зерно, животные, рабы), так и недвижимые — поля, сады, дома. Встречаются акты купли-продажи детей.
Часто встречаются акты продажи недвижимостей задолжавшими собственниками. Эти недвижимости переходят в руки ростовщиков и спекулянтов, в роли которых нередко выступали служители культа. Так, например, одна жрица, жившая в годы царствования Хаммурапи и его преемника Самсуилуны, оказалась собственницей девяти недвижимых имений. Некие братья Шилли- Иштар и Авил-Или за двадцать лет совершили двадцать пять актов покупки недвижимостей.
Встречаются документы, свидетельствующие о покупке части дома, например, в одном акте времен Иммеруна, царя Сиппара (XXII в. до н. э.) свидетельствуется купля-продажа нижнего этажа дома, в котором помещалась таверна, в то время как верхний этаж оставался в собственности продавца.
Совершали также продажу и обмен доли храмовых доходов, причитавшихся тому или другому лицу. Лицо, которое имело право на получение храмовых доходов в течение какой-либо части года, могло продать, подарить, обменять это свое право.
Для договора купли-продажи наряду с указанием на продаваемый предмет существенным является также указание цены. В актах, относящихся ко времени более раннему, чем эпоха Хаммурапи, это указание нередко отсутствует. В актах эпохи Хаммурапи неуклонно встречается цена продаваемого предмета. Платежи производились не только серебром, но также продуктами сельского хозяйства (зерном, маслом и т. п.). При этом серебро отмеривалось по весу, чеканной монеты не было.
Документы дают возможность составить представление о ценах на землю, дома, рабов, продукты питания и т. п.
Цены законодателем не нормировались. До нас дошла официальная надпись, сделанная в эпоху I Вавилонской династии незадолго до Хаммурапи, с указанием цен на основные продукты потребления. Эти цены не удержались в эпоху Хаммурапи, и мы видим, что шерсть в договорах времен Хаммурапи продается вдвое дороже, а масло даже втрое дороже, чем указано в надписи. Твердый тариф в законе установлен был для продажи вина из фиников в кредит.
Цены на рабов были весьма различны. Они колебались в зависимости от возраста, пола, выучки раба. За рабов платили иногда всего 4—6 сиклей, иногда 51 и даже 57 сиклей, т. е. почти 1 мину. Отмечены сделки, относящиеся еще к XXVI в. до н. э., в которых цена взрослого раба установлена в 20 сиклей (треть мины). Эта же цена фиксирована в законах Хаммурапи для определения суммы, уплачиваемой в возмещение вреда, причиненного смертью раба.
Помимо сделок купли-продажи за наличный расчет встречаются сделки в кредит с отсрочкой платежа за купленную вещь на определенный срок, а также купля-продажа с рассрочкой платежа.
В актах купли-продажи делаются нередко указания на основания, на которых покоится право собственности продавца, иногда в акте ссылаются на ряд предшествующих переходов права собственности. Обычно акты купли-продажи содержат обязательство сторон или, во всяком случае, обязательство продавца не менять своего слова относительно продаваемой вещи. В актах стороны пишут: “Продавец не может сказать: “этот сад мой” или “это мой раб”. Чтобы скрепить принимаемые обязательства, договоры куп- ли-продажи, как и многие другие договоры, сопровождают клятвой. Иногда устанавливается денежный штраф на случай, если кто- либо из сторон вздумает оспаривать сделку.
В договорах купли-продажи встречается иногда оговорка о гарантиях на случай эвикции (т. е. на случай истребования вещи у покупателя третьими лицами). Иногда продавец ручается своей личностью, иногда обещает компенсировать покупателя в случае эвикции материально.
В отношении купли-продажи раба предусмотрены гарантии качества купленного раба. Сделка расторгается, если в течение месячного срока у раба обнаружится болезнь, именуемая в кодексе “бенну” (как предполагают, эпилепсия). В договорах встречается также оговорка о расторжении сделки в случае побега раба. Срок гарантии в этом случае устанавливается самый краткий: три дня или даже один день.
Законами Хаммурапи установлены в отдельных случаях следующие запрещения и ограничения купли-продажи: Воины и чиновники не могли отчуждать земель, предоставленных им царем за их службу. Эти земли, в сущности, составляли государственную собственность и в силу этого не могли быть продаваемы их владельцами. Это были уже знакомые нам земли илку. Равным образом воины и чиновники не имели права продавать быков и овец, полученных ими от царя в том же порядке для обработки предоставленных им земель (ст. 35 и 36). Запрещалась продажа домов илку, т. е. домов, предоставленных государством за службу (ст. 71). По ст. 150 и 171 вдова не могла отчуждать имущество, составляющее ее приданое (шерикту) или подарок мужа (нудунну). Вдова могла пользоваться этим имуществом в интересах своих детей, но лишена была права его продажи. В таком же положения находилось шерикту, которое отец давал своей дочери-жрице: оно не могло быть ни продано, ни обращено в погашение долгов без согласия отца.
б) Имущественный наем. Кодекс Хаммурапи подробно регламентирует также договор найма, как имущественного, так и личного.
В статьях, регламентирующих имущественный наем, предусматривается аренда (наем) земли, садов, жилищ, повозки, судна, волов, ослов. Практиковалась также отдача внаем рабов.
Договоры аренды земли и садов краткосрочные: нормальный срок — один год. Однако срок аренды сада удлиняется иногда до лет, а именно в тех случаях, когда арендатор берет на себя обязательство приумножить растительность сада новыми насаждениями. На практике этот срок сокращался иногда до трех лет.
Наем полей и садов производился как за определенное, фиксированное заранее вознаграждение, так и под условием передачи собственнику земли части урожая. В первом случае устанавливается твердая арендная плата с каждой единицы площади поля или сада: столько-то гур с гана, столько-то ка с сара[29]. Она может быть также установлена в соответствии с доходами соседнего поля или соседних полей. Встречается, однако, и другая форма расчета: уплата вознаграждения в виде определенной доли урожая, обычно ‘/г или ‘/з для полей и 2/з для садов. При найме целины обычно первый год и часто даже первые два года арендатор не платит ничего. В последующие годы арендная плата должна была поступать полностью. Арендная плата при всех формах ее исчисления вносилась натурой.
Арендатор не освобождался от уплаты вознаграждения собственнику поля, если он не вырастил на поле хлеба. В этом случае арендатор должен был уплатить собственнику столько же, сколько платил его сосед (ст. 42). Если же он оставлял поле совсем без обработки, то помимо уплаты вознаграждения арендатор должен был обработать поле и в таком виде передать его собственнику (ст. 43). В случае аренды пустующего поля (целины) арендатор должен был взрыхлить и прополоть поле и, кроме того, отмерить собственнику 10 гур хлеба за каждые 10 ган (ст. 44). Аналогичные правила установлены были также для случаев аренды сада (ст. 62—63).
Во всех этих статьях закона обнаруживается некоторая забота о собственниках, отдающих в аренду свои сады и земельные участки. Чьи интересы охранял закон в этих случаях? Возможно, что закон имел в виду обеспечить интересы воинов, которые не всегда могли сами обрабатывать свои земли и вынуждены были сдавать их в аренду.
Следует отметить, однако, что при высоких урожаях, которые давала плодородная вавилонская почва, аренда полей была делом весьма выгодным для арендатора, особенно когда арендная плата устанавливалась в твердых размерах наперед.
Во многих случаях в роли арендаторов выступали люди, обладавшие значительными средствами, которые, арендуя ряд участков, обеспечивали себе тем самым крупные доходы. Наем садов и полей нередко служил, таким образом, средством обогащения имущих людей за счет вавилонской бедноты. Судебник закрепляет эти порядки, выгодные вавилонским рабовладельцам, но вместе с тем, стремясь предотвратить полное разорение земледельцев и садоводов, вводит указанные выше правила, ставившие известный предел аппетитам богачей.
Закон касается также вопроса об ответственности в случае повреждения посевов бурей или наводнением. Последствия различны в зависимости от условий и порядка расчета. Если плата была установлена твердая и она была получена вперед собственником поля, то весь убыток падает на арендатора. Если же плата не была получена или если предполагалось вознаграждение в виде доли урожая, то собственник и арендатор должны были поделить оставшуюся часть урожая сообразно доле каждого, установленной договором.
В форму договора найма облекалось в Вавилоне предоставление права прохода через чужой участок земли. Договоры этого рода обозначают точно границы, в пределах которых допущено право прохода, и фиксируют арендную плату, обычно 2—3 гура зерна или 5 ка масла, если земля частновладельческая, и 15 гур, если земля принадлежит храму. Договоры эти заключаются, как и прочие арендные договоры, сроком на 1 год.
На такой же срок заключались обычно договоры найма жилищ. Как исключение, встречаются этого рода договоры со сроком в шесть месяцев.
В законах Хаммурапи договору найма жилищ посвящена одна статья (78-я). Она гласит: “Если наниматель уплатит вперед собственнику дома всю арендную плату за год, а собственник дома потребует, чтобы наниматель до истечения срока договора покинул жилье, собственник дома лишается всей уплаченной ему арендной платы за то, что он понуждал нанимателя выселиться из дому до окончания срока договора”.
Статьи закона, регулирующие наем движимости, устанавливают, во-первых, таксы наемной платы, во-вторых, в некоторых случаях объем ответственности за гибель или порчу нанятой вещи. Законы содержат таксы за пользование волом (3—4 гура зерна в год), ослом, повозкой, судном. Ответственность нанимателя установлена в отношении найма вола, найма судна. Несомненно, что она распространялась и на другие случаи найма движимых вещей.
Наниматель вола признавался ответственным за гибель вола лишь в том случае, если вол погибал в результате небрежности нанимателя или дурного обращения с ним (от ударов). Если же оказывалось, что вола схватил в поле лев, наниматель освобождался от ответственности (ст. 244). То же относилось к случаю падежа вола без всякой вины со стороны нанимателя (ст. 249). Повреждение вола, по-видимому, влекло ответственность нанимателя также лишь в случае его вины. Закон таксирует эту ответственность. За перелом ноги или повреждение шеи арендатор должен был отдать хозяину вола за вола. За повреждение глаза волу он должен был уплатить половину его стоимости. За менее значительное повреждение он должен был уплатить ‘А часть стоимости вола (если наниматель сломает волу рог, оторвет ему хвост или повредит ему ноздри).
Законы Хаммурапи не останавливаются особо на найме рабов, однако дошедшие до нас документы свидетельствуют о распространенности этого рода сделок.
Отдача внаем детей их родителями или младших братьев старшими не являлась отдачей их в рабство. В этих случаях, однако, в силу их несамостоятельного положения в семье домовла- дыка приобретал возможность заключить договор о сдаче внаем их рабочей силы и получить в свою пользу всю причитающуюся за их работу плату.
в) Личный наем. В Вавилоне практиковался также наем рабочей силы свободных граждан, так что наряду с трудом рабов, который преобладал в вавилонском обществе, применялся также в хозяйстве и наемный труд свободных.
Договор найма свободных составлялся по аналогии с договором найма рабов. Наниматель как бы нанимал работника у него самого, подобно тому, как он в других случаях нанимал раба у рабовладельца. Это свидетельствует о рабовладельческом характере вавилонского общества. По-видимому, первоначально наем распространялся только на людей несвободных — рабов и членов семьи должника, отданных в кабалу, и лишь позднее договор найма стал применяться к свободным людям, вынужденным идти в батраки.
Законы Хаммурапи упоминают о различных категориях ремесленников, свидетельствуя этим о довольно заметном разделении труда и о некотором развитии ремесла в городе: в них говорится о кирпичниках, каменотесах, ткачах, плотниках, кожевниках, судостроителях, каменщиках, судовщиках и т. д. Для целого ряда категорий ремесленников устанавливается такса платы за их труд. Эта такса фактически не соблюдалась, и вместо 9—11 сиклей в год, предусмотренных законом, работники нанимались за 6—7 сиклей в год. Характерно, что сельскохозяйственным рабочим полагалась по закону более высокая заработная плата, чем ремесленникам. Это свидетельствует о более высоком значении сельского хозяйства по сравнению с ремеслом. Однако плата пастуху определена меньше, чем другим работникам сельского хозяйства. Заработная плата уплачивалась серебром, зерном или маслом. В дошедших до нас договорах размер платы работникам определяется в Чг гура, один гур, 1 Чг гура зерна в месяц, в серебре — от 2 до 10 сиклей в год, иногда с присоединением одежды для работника за счет нанимателя.
Законы устанавливают также таксы труда врачей, ветеринаров, строителей домов, судостроителей. Вознаграждение врачу менялось в зависимости от того, была ли оказана услуга авилум, мушкену или рабу.
Оплата труда производилась, как правило, лишь по истечении срока найма. Если нанявшийся прекращал работу раньше срока, он терял право на получение вознаграждения. Встречаются, однако, договоры, содержащие условие о платеже за работу вперед полностью или частично, а также содержащие условие о праве сторон досрочно прекратить действие договора. Однако чаще всего наниматель выговаривал себе право задерживать заработную плату до истечения срока найма, стремясь обеспечить себе рабочие руки на все время действия договора.
Нередко личный наем соединялся с договором займа. Наниматель давал работнику часть заработной платы вперед на условиях займа. Это обеспечивало нанимателю возможность принять против нанявшегося на работу все те меры, какие закон допускал в отношении неисправных должников, т. е. давало ему возможность при неявке на работу в срок обратить работника в кабалу. К такому соединению найма с займом прибегали обычно в тех случаях, когда нанимателю нужно было обеспечить рабочие руки для какой- либо срочной неотложной работы, например для жатвы хлебов.
Нанявшемуся в отдельных случаях доверялись материальные ценности, и закон определяет в связи с этим его ответственность за их сохранность. Так, пастух отвечает за пропажу вверенных ему волов и ослов, возмещая ущерб волом за вола и ослом за осла.
Более того, по закону он отвечает за уменьшение стада или за недостаточный его рост, происшедшие вследствие размеров приплода, не отвечающих условиям договора с пастухом. Пастух отвечает также за украденный и проданный им скот. Украденное он должен возместить в 10-кратном размере. Пастух несет также ответственность за гибель скота от болезни, приключившейся вследствие его небрежности. Однако он освобождается от ответственности, если скот погибнет без всякой вины с его стороны. “Если в загон ударит молния или если лев схватит животное, — гласит закон, — пастух должен поклясться, что он не виноват, и убыток должен будет нести хозяин загона” (ст. 266).
Предусмотрена также ответственность лица, нанявшегося быть смотрителем поля, которому хозяин доверил, по-видимому, весь живой и мертвый инвентарь. Если смотритель использует этот инвентарь для своего поля, он должен отдать весь урожай хозяину инвентаря. Если доверенный ему скот смотритель отдаст кому-либо внаймы или если украдет семена и на поле ничего не вырастет, то он должен уплатить хозяину поля 60 гур зерна за каждый ган поля. Если ему нечем уплатить, он остается отрабатывать долг в качестве пастуха. Если же этот смотритель украдет что-либо из зерна или корма и будет застигнут с поличным, ему отрубают руки.
Предусмотрена также ответственность судовщика, который берется перевезти на судне груз. Если вследствие небрежности судовщика судно и перевозимый груз потонут, судовщик должен возместить полностью весь убыток. Если судно получит течь и сядет на мель, судовщик должен уплатить половину его стоимости.
В законах установлена ответственность врача за хирургическое лечение, причинившее потерю глаза или смерть больного, ответственность ветеринара за смерть вола или осла от операции, ответственность строителя дома за непрочность его сооружения. Если дом обрушится, строитель несет полную ответственность за весь материальный вред и должен восстановить дом за свой счет. Если при этом погибнет собственник дома, строитель предается смерти, а в случае смерти сына домовладельца, по принципу “равным за равное” (талион), предается смерти сын строителя, в случае смерти раба он должен дать раба за раба. Судостроитель также несет ответственность в случае, если судно окажется недостаточно прочным и потерпит аварию в первый же год плавания: судостроитель должен разобрать это судно и сделать новое прочное судно за свой счет.
г) Заем. Много статей в кодексе Хаммурапи посвящено договору займа. Этот договор находил себе весьма широкое применение в Вавилоне времен I династии. Ростовщичество в этот период расцвело в стране пышным цветом, вызывая в качестве своих последствий полное разорение задолжавших крестьян и их обращение в рабство. До законов Хаммурапи неоплатные должники попадали пожизненно в долговую кабалу, так что разорившиеся бедняки быстро теряли свою свободу. Это явление угрожало устойчивости вавилонского рабовладельческого государства: оно ослабляло обороноспособность страны, уменьшая кадры свободных граждан, способных заполнять ряды войска, и создавало в стране значительное число рабов-вавилонян, способных легко войти в контакт с недовольными из числа свободной бедноты Вавилона и потому особенно опасных для вавилонского рабовладельческого государства.
Законодательство Хаммурапи проникнуто поэтому стремлением умерить аппетиты ростовщиков, облегчить, по возможности, положение должника, приостановить рост долгового рабства.
Если раньше должник, неспособный своевременно уплатить свой долг, превращался на всю свою жизнь в раба, то теперь законы Хаммурапи уничтожают пожизненную кабалу и устанавливают трехлетний срок для отработки любого долга. Статья 117, имевшая, несомненно, огромное значение, гласит: “Если кто-нибудь имел на себе долг и продал за деньги или отдал в долговую кабалу свою жену, своего сына или свою дочь, то они должны служить в доме их покупателя или кредитора (только) три года; на четвертый год они будут отпущены на свободу”. Статья не говорит ничего о самом должнике; но, конечно, и сам должник, если он шел в кабалу для отработки своего долга, не должен был работать дольше трех лет. Аналогичное положение содержится в древнееврейских законах, где должник признавался свободным по истечении шести лет долговой кабалы.
Закон защищает также должника и членов его семьи, вынужденных отрабатывать долг, от жестокого обращения кредитора. Статья 116 постановляет, что если взятый в залог умрет в доме взявшего в залог от побоев или дурного обращения, то если взятый в залог был сыном свободного, должно предать смерти сына кредитора, а если он — раб, кредитор должен уплатить треть мины серебра и, кроме того, теряет все данное им взаймы.
Законы Хаммурапи защищают, далее, должника от самоуправных захватов его имущества кредитором. Кредитор не вправе без согласия должника взять хлеб из его житницы или кладовой
и, если он это сделает, должен вернуть весь взятый хлеб и теряет все данное им взаймы (ст. 113).
Законы предоставляют льготы должникам, пострадавшим от бури, наводнения или недостатка воды. Должник, которого в силу указанных причин постиг неурожай, получает отсрочку долга и освобождается от платежа процентов за этот год. Должник, как гласит закон, “не отдаст в этом году хлеб заимодавцу и может смочить свой документ[30], он не обязан отдавать и проценты за этот год” (ст. 48).
Несомненно, большой льготой для должника являлось также положение, изложенное в ст. 96, о том, что должник, получивший взаймы зерно или деньги, если у него нет зерна и денег для расплаты с кредитором, может погасить свой долг любым имуществом, каким он только располагает. Аналогично этому в отношении процентов по денежному займу предусмотрено, что проценты могут быть уплачены не только деньгами, но и зерном. Должник, теснимый кредитором, может предложить ему в погашение долга также плоды своего сада (финики, как сказано в ст. 66 кодекса). Если кредитор — “тамкар” не согласится на то, чтобы взять все финики, какие окажутся в саду, должник может взять финики себе, рассчитаться с кредитором в точности по условиям договора и все, что останется от фиников, взять себе.
Законы Хаммурапи содержат также положения, направленные к тому, чтобы предупредить злоупотребления ростовщиков при выдаче серебра и зерна взаймы и при обратном получении данного взаймы. Если ростовщик дает при займе под проценты деньги в меньшем количестве, или отмерит зерно меньшей мерой, или, наоборот, при погашении долга взыщет больше денег или будет мерить зерно большей мерой, он лишается всего, что было дано им взаймы. По-видимому, существовал контроль за отвешиванием денег и зерна, который осуществлялся при выдаче взаймы денег и зерна. По крайней мере, объявляется, что ростовщик, который предоставил взаймы деньги или зерно в такой день, когда не функционировал контроль, лишается всего, что было дано им взаймы (ст. 95).
Размер процентов по займу был велик. Закон устанавливает в качестве максимального следующий размер процентов: для зерна 33 */з, (100 ка на 1 гур зерна)[31], а для денег — 20% (за 1 сикль серебра ‘/б часть + 6 ше), т. е. 36 ше[32]. Превышение этих процентов грозило кредитору потерей всего, что было дано им взаймы.
Ростовщики, по-видимому, обходили этот законный максимум и пытались взыскать с должника более высокий процент, чем было дозволено законом. Судебник Хаммурапи стремится пресечь попытки ростовщиков обойти законный максимум процентов. Так, предусматривается случай, когда ростовщик отрицает получение им процентов и таким образом добивается вторичного их получения (ст. 92). Закон касается и других способов, которые практиковались в целях увеличения нормы процентов (частичный платеж, при котором кредитор не выдал должнику расписки в получении денег и таким образом обеспечил себе возможность требовать вторично уже уплаченную сумму, а также проценты на всю сумму займа; частичный платеж, после которого кредитор приписывал в новом документе проценты к капиталу и этим заставлял должника платить проценты на проценты) (ст. 93). Проценты на проценты в общей форме не воспрещались, но они признавались недопустимыми, если их платеж обманным образом возлагался на должника. Во всех указанных выше случаях обманных действий кредитора последний должен был в двойном размере вернуть все им неосновательно полученное.
Нередко долг обеспечивался залогом. Какая-либо часть имущества должника (его поле, сад, его раб и т. д.) или все его имущество должны были гарантировать исправное выполнение должником его обязательств. Если должник не возвращал в срок долга, кредитор мог удовлетворить свое требование от доходов с заложенного имущества или от его продажи.
Кодекс Хаммурапи, регулируя залог, пытался предотвратить разорение должника и стремился защитить его от насилий и злоупотреблений ростовщиков. В этом духе составлены статьи кодекса, предусматривающие залог поля: законодатель хочет предотвратить захват кредитором урожая с заложенного поля в количестве, превышающем долг. Статья 49 гласит: “Если кто-нибудь взял взаймы деньги у тамкара и отдал ему годное для обработки хлебное или сезамное поле, сказав ему “возделай поле, собери хлеб или сезам, который на нем, и возьми его себе”, и если тамкар вырастит на поле хлеб или сезам, то хлеб и сезам, который на поле, должен во время жатвы взять хозяин поля и отдать тамкару за деньги, взятые у него, с процентами на них, и за издержки тамкара по обработке поля”. Статья 50 устанавливает такое же правило в отношении поля, уже обработанного должником.
Далее, закон разрешает должнику, отдавшему поле в залог, уплатить долг и проценты не деньгами, а зерном или сезамом. Законодатель хочет этим предупредить поспешную и в силу этого невыгодную продажу зерна должником для расплаты с кредитором.
д) Поклажа. В законах Хаммурапи предусмотрен также договор хранения вещей, или поклажа. На хранение отдавали деньги, зерно, финики, рабов, металлы, документы. Договор хранения вещей должен был заключаться при свидетелях, в противном случае отдавший вещь на хранение не мог предъявить иск в суде.
Полагалась ли плата за хранение или же этот договор был безвозмездным, подобным римскому depositum? Известный историк права Кюк (Cuq) в “Исследованиях по вавилонскому праву (Etudes sur le droit babylonien, Paris, 1929)” высказывается в том смысле, что договор хранения в Вавилоне был безвозмездным. Этот вывод основан на предположении, что ст. 120 и 121, посвященные хранению зерна и предусматривающие вознаграждение за него, говорят о найме, а не о поклаже. Однако Кошакер (Koschaker), Крю- велье (Cruveilhier) и др. считают, что ст. 120—121, как и последующие статьи, говорят о договоре хранения зерна. Если согласиться с ними, то необходимо будет отклонить предположение Кюка о безвозмездности договора хранения.
За хранение зерна в ст. 121 установлено вознаграждение 4 ка в год на 1 гур зерна (1,66%). За недостачу зерна принявший на хранение обязан возместить собственнику двойное количество зерна. Такая же ответственность предусмотрена и в том случае, когда принявший на хранение какие-либо вещи отрицает их получение: он обязан уплатить их стоимость в двойном размере. Аналогичное положение содержится также в древнейшем римском праве (законы XII таблиц).
По законам Хаммурапи принявший на хранение вещь отвечает перед собственником вещи за пропажу вещи, происшедшую вследствие кражи, хотя бы она была украдена вместе с вещами хозяина. В этом случае он уплачивает стоимость украденной вещи, а сам получает право отыскать и истребовать вещь у вора (ст. 125). За неосновательное требование вещи, которая не была вовсе дана на хранение, виновный в предъявлении такого требования платит двойную стоимость этой вещи (ст. 126). Принявший на хранение раба, как видно из документов, отвечает в случае бегства раба, но не отвечает в случае его смерти, хотя, вероятно, в отдельных случаях наступала ответственность и за смерть раба.
Особая разновидность поклажи предусмотрена ст. 112 кодекса, а именно случай, когда путешественник, находясь в пути, дает кому-либо на хранение деньги, золото, драгоценные камни или другие вещи с тем, чтобы взявший вещи доставил их в условленное место. Если в этом случае лицо, которому доверили вещи, присваивает их себе, оно должно уплатить пятикратную стоимость того, что ему было вверено.
Впрочем, этот договор, хотя и включает в себя элементы договора хранения вещей, представляет, однако, много своеобразного и скорее должен рассматриваться как договор поручения (см. ниже), т. е. договор, в силу которого одна сторона обязуется совершить за счет и от имени другой стороны порученные ей действия.
Другую разновидность хранения вещей представляло собой такое хранение, при котором лицо, принявшее вещи на хранение, должно было возвратить не те же самые вещи, а другие вещи, составляющие полный эквивалент того, что было сдано на хранение. Такая форма хранения, разумеется, возможна лишь относительно вещей, которые могут быть определены родовыми признаками, таких, как серебро, золото, зерно, финики и т. п. Договор этот в известном отношении приближается к договору займа, так как и здесь, как и при договоре займа, вещи, передаваемые одной стороной, переходят в собственность другой. В Риме эта разновидность договора хранения получила наименование depositum irregulare.
е) Поручение. В силу договора поручения одна сторона обязуется что-либо купить или продать, нанять, дать взаймы и т. д. за счет и от имени другой. В кодексе Хаммурапи, по крайней мере в той его части, которая дошла до нас, нет ни одной статьи, посвященной договору поручения. Однако некоторые документы свидетельствуют о том, что договор этот был известен древневавилонскому праву. Даются поручения выдать кому-либо зерно за счет того, кто дает поручение, доставить зерно в святилище, доставить в назначенное место урожай с поля и т. п.
Лицо, принявшее поручение, должно было дать отчет в выполнении возложенного на него поручения. По крайней мере, из документов видно, что при поручении раздобыть кредит, продать вещь и т. п. принявший поручение извещал о результатах своих усилий. Дающий поручение иногда старался предотвратить возможные злоупотребления своего контрагента и в этих целях давал ему деньги, необходимые для выполнения поручения, на условиях займа, открывая этим возможность для себя энергично воздействовать на неисправного контрагента.
ж) Договор товарищества. Ниппурская таблетка, найденная Пенсильванским университетом и опубликованная в 1914 г., дает возможность установить, что в кодексе Хаммурапи содержались статьи, посвященные договору товарищества. Однако полностью дошла, к сожалению, лишь одна ст. 99, трактующая о порядке распределения прибылей и убытков между членами товарищества. Эта статья гласит: “Если кто-либо дал другому деньги на началах товарищества (“таппутум”), они должны перед богами разделить поровну прибыли или убытки, какие окажутся”.
Договор товарищества, как видно из дошедших до нас документов, заключался для различных целей, например, для совместного предоставления займа, для совместной покупки животного (вола, овцы и т. п.).
Перед третьими лицами каждый товарищ отвечал полностью, если другой товарищ не выполнял обязательства в своей доле.
Товарищи могли вместо денег в качестве вклада предоставить свои услуги, даже свой кредит, т. е. возможность получить взаймы деньги, необходимые для предприятия. Так, в одной таблетке, относящейся к I Вавилонской династии (примерно, лет на 100 позже времен Хаммурапи) изложены условия договора товарищества, заключенного между собой четырьмя лицами, из которых лишь одно дает деньги, необходимые для предприятия (покупка золотого предмета для перепродажи). Из остальных участников одно лицо является участником товарищества в качестве инициатора и организатора всего предприятия, а два других участвуют в нем за то, что разыскали необходимые для дела средства.
Так как прибыли и убытки распределяются между товарищами поровну (ст. 99), то, по-видимому, предполагалось, что взносы товарищей равны по своей ценности. Распределение прибылей и убытков происходило “перед богами”, т. е. в храме. Очевидно, свои расчеты стороны подтверждали клятвами при отсутствии других доказательств.
з) Договор тамкара с шамаллу. Своеобразные договорные отношения устанавливались между денежными людьми Вавилона — тамкарами и торговыми агентами — шамаллу, особенно в тех случаях, когда последние предпринимали поездки для торговых целей. Эти договоры нельзя отождествлять с договорами займа, хотя некоторые черты сходства с займом можно было бы подметить. Мне кажется, их нельзя также, как это делает Кюк, отождествлять с договорами товарищества, так как расчеты сторон по этим договорам явно расходятся с теми, которые установлены для договора товарищества ст. 99 кодекса. Более всего они напоминают комиссионный договор, однако содержат много своеобразного, и поэтому правильнее всего, не подводя их ни под какую рубрику, известную нам из других систем права, рассматривать эти договоры как особую своеобразную разновидность договоров.
В кодексе Хаммурапи, в сущности, предусмотрено два вида договоров тамкара с шамаллу: один вид — тот, при котором там- кар дает шамаллу деньги для путешествия с торговыми целями (ст. 100), другой — тот, при котором тамкар дает шамаллу для продажи зерно, шерсть, масло и другие товары (ст. 104).
В первом случае шамаллу, получивший деньги для торговых операций, должен был при наличии прибыли от его операций уплатить проценты на капитал, который он получил от тамкара, и поделиться с ним полученной прибылью, учтя расходы за время своего пребывания в пути. Если он не приобретал никакой прибыли в итоге своего путешествия, он должен был вернуть в двойном размере деньги, которые он получил от тамкара (ст. 101). Из этого постановления кодекса видно, насколько решительно охранял законодатель интересы имущих людей Вавилона — рабовладельцев- тамкаров. Если шамаллу возвращался без прибыли, он должен был вознаградить полностью тамкара за свою неудачу независимо от того, был ли он виновен или нет в неблагоприятном исходе торговой операции.
Он освобождался от обязанности возвратить капитал вдвойне лишь в том случае, если тамкар давал ему капитал без процентов. Но он должен был в этом случае вернуть капитал полностью, даже если он потерпел убыток от каких-либо случайных обстоятельств (ст. 102). Он не должен был, однако, ничего возвращать тамкару в том единственном случае, когда он был ограблен в дороге врагом и потерял все, что имел с собой. В этом случае он должен был принести очистительную присягу, после чего признавался свободным от всякой ответственности перед тамкаром.
Следует отметить, что помимо денег для торговых целей тамкар брал на себя расходы по снаряжению в путь шамаллу и по его продовольствию в пути. Таков был обычай, установившийся еще со времен У рекой династии и сохранившийся при I Вавилонской династии, как видно из документов этих времен.
О расчетах сторон в том случае, когда по договору передавались не деньги, а товары, закон почти ничего не говорит. В этом случае, по-видимому, шамаллу уже не пускался в путь; товары, полученные им от тамкара, продавались, очевидно, тут же на месте. Поэтому ему уже не нужно было вычитать из барышей расходы по путешествию, как это делал шамаллу при получении от тамкара денег. Закон требует, чтобы шамаллу, получивший товары и уплативший за них деньги, взял у тамкара расписку в получении денег. Благоприятствуя всячески влиятельной группе рабовладельцев — тамкарам, закон постановляет, что деньги, уплаченные шамаллу за товары, не могут быть приняты во внимание при расчете сторон, если шамаллу не взял у тамкара расписки.
Если шамаллу, получив деньги у тамкара, отрицал впоследствии их получение, то по изобличении его тамкаром “перед богом и свидетелями” в получении денег шамаллу должен был вернуть тамкару все взятое им в тройном размере. Если, наоборот, шамаллу возвращал все данное ему тамкаром, а тамкар отрицал получение им денег от шамаллу, то по изобличении тамкара “перед богом и свидетелями” он должен был вернуть шамаллу все полученное от него в шестикратном размере.
Б. Обязательства из причинения вреда
По законам Хаммурапи причинение вреда имуществу или здоровью другого лица влекло за собой в некоторых случаях обязательство возместить причиненный вред. Таким образом, обязательства возникали не только из договоров и из постановлений закона, но и из факта причинения ущерба другому лицу.
Сюда относятся следующие случаи:
а) Статьи 53—55 предусматривают обязательство возместить ущерб, причиненный небрежным отношением к ирригационным сооружениям. Статья 53 гласит: “Если кто-нибудь поленился укрепить свою плотину и вследствие того, что плотина не была укреплена им, в его плотине произошел прорыв и он водою дал смыть полевой участок, то тот, в плотине которого произошел прорыв, должен возместить уничтоженный им хлеб”. Если он не в состоянии возместить хлеб, то продают его и его имущество за деньги и их делят между собою хозяева полевых участков, хлеб которых был смыт водой (ст. 54). Такая же ответственность наступает в том случае, если кто-нибудь открыл свой водоем для орошения и по небрежности допустил, что вода смыла соседнее поле. В этом случае виновный обязан отмерить хлеб сообразно с урожаем у своего соседа. Если смыто обработанное поле, то он должен отмерить ему 10 гур хлеба за каждый ган.

Смотрите так же:  День рождения ребенка: 100 избранных идей для незабываемого праздника. Как оформить комнату ребенку на 2 года

б) Установлена была также ответственность пастуха, который допустил, что скот пасся на чужом поле без согласия хозяина поля. Он должен был отдать собственнику поля 20 гур хлеба за ган земли. Если пастух выгнал скот на поле после того, как скот был выведен с поля и заперт в городе в загоне (очевидно, с наступлением определенного времени года), пастух должен был охранять до жатвы поле, на котором он пас скот, и во время жатвы отмерить хозяину поля 60 гур зерна с гана. Штраф в этом случае втрое больше, чем в первом, вследствие большей тяжести проступка (ст. 57 и 58)[33].
в) Предусмотрена была также ответственность за порубку дерева в чужом саду. Виновный обязан был уплатить за порубку полмины серебра (ст. 59).
г) К обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, следует отнести также предусмотренное в ст. 240 обязательство судовладельца, который, направляясь со своим судном вверх по реке и, столкнувшись с судном, направлявшимся вниз и влекомым течением, потопил последнее. Собственник потопленного судна должен был клятвою подтвердить стоимость потерянного им вместе с судном, и владелец другого судна обязан был возместить ему стоимость всего погибшего.
д) Наконец, к числу этого же рода обязательств следует отнести обязательство уплатить за лечение в случае неосторожного ранения в драке (ст. 206), обязательство уплатить стоимость раба или рабыни (20 сиклей) в случае нечаянного их убийства (ст. 208, 214) или в том случае, если раба заколет бык вследствие непринятия необходимых мер его хозяином (ст. 251).

Смотрите так же:  Нет дома – нет участка: можно ли оформить в собственность землю под снесенным домом. Можно ли оформить землю без дома

4. Обязательственное право в Законах Хаммурапи

Основаниями возникновения обязательств были договоры и деликты. Наиболее распространенным основанием возникновения обязательств являлся договор. В Законах Хаммурапи упоминаются различные договоры: купли-продажи, займа, найма, хранения, товарищества, что свидетельствует о сравнительно развитом гражданском обороте.

Договор купли — продажи

Самым распространенным договором был договор купли-продажи, которому исторически предшествовал договор мены. Договор мены — это договор, в соответствии с которым каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой. Договор купли-продажи — это договор, в соответствии с которым одна сторона, продавец, обязуется передать товар другой стороне в собственность, а другая сторона, покупатель, обязуется уплатить за это продавцу обусловленную денежную сумму. Предметом договора купли-продажи могли быть как движимые вещи — зерно, скот, рабы, так и недвижимые — поля, сады, дома. Для действительности договора купли-продажи было необходимо соблюдение трех условий:

1. Отчуждаемое имущество не должно быть изъято из оборота. Например, было изъято из оборота имущество воинов «илку».

2. Продавец должен быть собственником вещи. Для защиты от эвикции вещи — истребования вещи виндикационным иском третьим лицом — невладеющим собственником у покупателя устанавливалась уголовная ответственность.

Когда после покупки обнаруживался человек, заявивший, что он является действительным собственником проданной вещи, покупатель должен был обеспечить явку в суд продавца и свидетелей. Если те не являлись, суд признавал покупателя вором и присуждал его к смертной казни. Если же суд приходил к выводу о законности договора и об отсутствии вины покупателя, смертной казни подлежал продавец, поскольку он признавался вором. Если, наконец, не находилось свидетелей у человека, заявившего о своём праве собственности на проданную вещь, он также подвергался смертной казни за злостную клевету, возведенную на участников договора.

3. Договор должен был заключаться при свидетелях, чтобы последние в случае необходимости могли подтвердить его законность. Большая часть договоров заключалась устно, на словах вследствие слабого распространения грамотности и для быстроты гражданского оборота. Продажа наиболее ценных вещей — земли, поля, сада, домов, построек, рабов, скота осуществлялась в письменной форме — на глиняных табличках грифелем из тростника при свидетелях — обычно от 8 до 10 человек. Для предотвращения подделки табличек с условиями договора иногда прибегали к изготовлению таблички с конвертом: исходная табличка заключалась в глиняную оболочку (конверт), на которой повторяли её текст и ставили печати. Тем самым создавались два текста, один из которых оставался недоступным, пока не взламывался конверт. Текст на конверте мог подвергаться намеренной фальсификации или стираться от изношенности, но первоначальную внутреннюю табличку нельзя было достать, не сломав конверта.

Число свидетелей колебалось от двух до двадцати и даже больше. В качестве свидетелей выступали мужчины, а из женщин — жрицы, самостоятельно распоряжавшиеся имуществом. Большая часть договоров заключалась устно, на словах вследствие слабого распространения грамотности. Продажа наиболее ценных вещей (земли, поля, сада, построек, рабов, скота) осуществлялась в письменной форме (на глиняных табличках) при свидетелях (обычно от 8 до 10 человек).

В документе указывались объект и характер сделки, имена сторон, размер цены (праву была известна только купля за наличный расчет), перечислялись свидетели, писец, отмечалась дата. Подписи свидетелей и сторон отсутствовали. Купля — продажа движимых вещей, кроме рабов и скота, происходила устно перед свидетелями.

Например, купчая XVIII в. до н.э. из г. Ларса: Балму-намхе покупает у Нитени раба и платит 13 сиклей серебра. 10 свидетелей. Печать свидетелей. Дата. «Одного раба, по имени Шу-Аммурим, раба (принадлежащего) Нитени, у Нитени Балму-намхе купил. 13 сиклей серебра, в качестве его (продавца) полной цены, он ему отвесил. Перед . » далее перечисляются свидетели с указанием их профессии (кабатчик, ювелир, пивовар и т. п.), затем идет печать свидетелей и дата. В силу неграмотности свидетелей печать имеет такую же силу, как и подпись. Договор покупки дома: «25 м 2 жилого строения, возле дома ИддинАмурру, дом Нурсина и НурШамаша, у НурСина и НурШамаша ИддинАмурру купил. 17 сиклей серебра, полную его цену, он отвесил. В будущем, когда бы то ни было, НурСин и НурШамаш «мой дом» не скажут. Именем своего царя он поклялся. (Список свидетелей, дата)».

Договор купли-продажи в течение одного месяца после заключения мог быть расторгнут при наличии существенных недостатков вещи, то есть таких, которые нельзя обнаружить даже при внимательном осмотре. Например, в случае продажи раба, страдающего эпилепсией (ст. 278).

Широкое распространение имел договор займа. Заём — это договор, по которому одна сторона, заимодавец, передает в собственность другой стороны, заёмщика, деньги или вещи, обладающие определёнными родовыми признаками, а заёмщик обязуется возвратить заимодавцу ту же сумму денег или то же количество вещей того же рода и качества с процентами или без процентов. Предметом договора займа могли быть только вещи с родовыми признаками. Вещи с родовыми признаками (или родовые вещи) — это вещи, измеряемые мерой, числом. Например, зерно, масло, вино, финики, шерсть, деньги, серебро. Это вещи заменимые, массовые. Родовая вещь может погибнуть физически (сгореть, утонуть), но она не может погибнуть юридически, так как она всегда могла быть заменена другой однородной вещью или другой партией однородных вещей. При заёме родовые вещи передавались в собственность заёмщика, который имел право пользования и распоряжения ими. Он возвращал заимодавцу не те же самые вещи, что были взяты, а подобные вещи того же рода и качества обычно с процентами. Поэтому предметом договора займа не могли быть индивидуально-определённые вещи. Индивидуально определенные вещи — это вещи, которые имели особые присущие лишь данной вещи признаки. Например, картина художника по имени Балму-намхе, земельный участок авилума по имени Ибби-Шамаш, раб по имени Шу-Аммурим. Индивидуально — определённая вещь замене не подлежит, так как является незаменимой, единичной.

Договор займа обычно совершался в письменной форме при свидетелях — от 2 до 10, но мог заключаться и устно при свидетелях. При погашении долга документ — глиняная табличка разбивался. Это являлось формальным условием исполнения договора, так как нахождение глиняной таблички в руках кредитора служило доказательством существования долга. Нормы Законов Хаммурапи по договору займа были направлены на предотвращение разорения крестьян-общинников и серьёзно пытались оградить должника от злоупотреблений со стороны кредиторов:

1. Устанавливался предельный размер процентов — 20% серебром по денежным займам (одну пятую основной суммы) и 33, 5% (одну треть) по займам зерна (ст. 89). Заём мог быть и беспроцентным, то есть иметь характер бескорыстной помощи.

Смотрите так же:  Имеют ли право судебные приставы арестовывать алименты на ребенка. Судебные приставы заблокировали карту с алиментами

2. При превышении максимального размера процента заимодавец терял долг (ст. 91).

3. Должник, получивший взаймы зерно или деньги, если у него нет зерна и денег для расчёта с кредитором, может погасить свой долг любым имуществом, каким он только располагает. В отношении процентов по денежному займу предусматривалось, что проценты могли быть уплачены не только деньгами, но и зерном (ст. 51-96, 90).

4. Законы защищали должника от самоуправных захватов его имущества кредитором. В случае самоуправного изъятия кредитором хлеба должника из житницы или кладовой, он должен был вернуть весь изъятый им хлеб, а также терял все, данное им в долг (ст. 113).

5. Если должник к сроку не мог уплатить долг, кредитор мог получить удовлетворение из имущества должника в размере долга. В случае же, когда должник вообще не в состоянии платить, взыскание обращалось на личность должника, то есть он должен был стать заложником у кредитора или отдать последнему рабов, жену, детей. Должник здесь обязывался уплатить долг трудом. Срок отработки был ограничен тремя годами. После этого срока должник освобождался, а долг считался уплаченным. В случае смерти заложника, отрабатывающего долг, смертной казни подвергался сын кредитора.

6. Должник, которого в силу бури, наводнения или недостатка воды постиг неурожай, получал отсрочку долга, мог не возвращать зерно своему кредитору и освобождался от уплаты процентов за этот год (ст. 48).

Причинами запрета взимания процентов или ограничения максимального процента по договору займа, законодательной защиты экономически слабых должников от произвола кредиторов являлись:

1. Особые экономические условия жизни в аграрном обществе. В аграрном обществе подавляющее большинство людей занималось сельским хозяйством, существовало натуральное хозяйство. Торговля и промышленность были неразвиты, деньги имели ограниченное хождение и не было острой потребности в коммерческом заёме — заёме денег для получения прибыли, для обогащения. Поэтому к заёму в аграрном обществе обычно прибегали нуждающиеся, которые занимали деньги или продукты для поддержания своего существования, в случае крайней нужды: при неурожае вследствие природных бедствий, при разорении во время социальных потрясений — войн, смут, развала государства, безвластия.

Так, законодательство Моисея говорило об основаниях заёма: «Если будет у тебя нищий кто-либо из братьев твоих на земле твоей пред нищим братом твоим, н открой ему руку свою и дай ему взаймы, смотря по его нужде, в чём он нуждается» (Второзаконие. 15, 8). Оно призывало богатых, чтобы они не отказывали в просьбе о займе. «Не ожесточи сердца твоего и не сожми руки твоей пред нищим братом твоим. Н открой ему руку свою и дай ему взаймы, смотря по его нужде, в чём он нуждается» (Второзаконие. 15, 7-8).

Целью заёма было удовлетворение потребностей семьи, преодоление хозяйственных трудностей. Семья брала в долг для того, чтобы обеспечить себе самое необходимое, а не с целью вложить деньги в какое-либо дело — торговлю или строительство и обогатиться. Поэтому в аграрном обществе, где кредит был редок, весьма негативно относились к взиманию процентов ростовщиками. Деньги могли быть предоставлены на определённый срок только в качестве бескорыстной помощи.

2. Необходимость предотвратить и смягчить социальные конфликты, ослабляющие государство, особенно перед лицом внешних врагов. Например, в древнем Риме за ограничение процентов выступали плебеи, которые были вынуждены прибегать к займам у патрициев под большие проценты. В Киевской Руси в 1113 г. после смерти князя — покровителя ростовщиков, произошел бунт, уничтоживший ростовщиков. Успокоение произошло с изданием новым князем Владимиром Мономахом закона, устанавливающего максимальный размер процентов по займу.

3. Стремление государственной власти предотвратить продажу земли, закабаление и обезземеливание бедной части населения — крестьян-общинников, исходя из соображений финансового и военного характера. Лишенный гражданских прав раб — должник или безземельный бродяга переставали быть для государства налогоплательщиками и не могли служить в ополчении, где требовалось прибрести вооружение за свой счёт.

Так, по законам Моисея годными к войне являлись все мужчины от 20 до 50 лет, исключая боязливых, новобрачных, построивших новый дом или насадивших виноградник и не успевших их обновить (Второзаконие. 20, 5-9). Вооружение подразделялось на оборонительное и наступательное. Оборонительное составляли: щит, шлем, панцирь и наколенники. К наступательному относились: меч, лук и стрелы, праща с камнем, копьё и дротик.

4. Влияние религии, которая обычно предписывала защищать слабых от произвола сильных. Древнееврейское законодательство Моисея, которому предписывается божественное происхождение, запретило взимать проценты по договору займа у евреев, вводило строжайший запрет получать какую-либо выгоду из бедственного положения еврея, приписывало особую силу проклятию бедняка в глазах Бога.

Договор найма (аренды) земли

Особое внимание законы уделяли договору найма (аренды) земли. Аренда (найм) земли — это договор, по которому наймодатель, арендодатель, принимает на себя обязанность предоставить другой стороне — нанимателю, арендатору, во временное пользование землю за определённое вознаграждение, а наниматель обязан возвратить ту же самую вещь в том же состоянии. Срок аренды земли, был обычно довольно короток, — один год. В тех случаях, когда арендатор улучшал сад или неосвоенную землю, он получал их в аренду на 3 года (ст. 44). Срок аренды мог быть продлён, если арендатор из-за стихийных бедствий потерпел убыток (ст. 47).

В римском праве договор аренды недвижимости мог быть продлён по молчаливому согласию сторон или в случае фактического продолжения арендных отношений по умолчанию, как это происходит в наше время. «Кто по истечении времени найма остаётся в нанятом (имении), то не только он считается возобновившим наём… То, что мы сказали о признании колона возобновившим наём в силу молчания обеих сторон, — это следует понимать таким образом, что стороны считаются возобновившими наём на тот самый год, в который стороны молчали, а не следующие годы, хотя бы вначале был установлен пятилетний срок найма. Но если и в течение второго года после истечения пятилетия не было сделано ничего противоположного (свидетельствующего о намерении прекратить договор), то считается, что то же отношение найма осталось и на этот год; в связи с тем, что они молчали, они считаются давшими согласие. И это должно быть соблюдаемо в отношении каждого отдельного года» (D. 19.2.13.11).

«Тот, кто на определённое время взял в аренду, считается арендатором также по окончании срока. Ведь считается, что собственник, когда он терпит пребывание арендатора на земельном участке, снова сдаёт участок в аренду и что для заключения договора этого рода они решили воспользоваться не словами и не написанными текстами, а возобновили его простым согласием. И поэтому Марцелл утверждает, что если в это время собственник сойдёт с ума или умрёт, аренда не может возобновиться; и это правильно» (D. 19.2.14).

Законы различали три вида договора аренды земли: 1) аренда земли из доли урожая (от ? до ?); арендная плата достигала 1/3 урожая, или половины урожая при аренде поля или даже две трети урожая при аренде сада, главным образом, из финиковых пальм; 2) аренда земли за фиксированную плату, которая может быть исчислена в натуре; 3) аренда земли за фиксированную плату, которая может быть исчислена в серебре, оплачивается деньгами.

Аренда земли за фиксированную, определённую, твердую плату (столько-то гур зерна; 1 гур=250, 6 литра), не зависящая от размера урожая, была более распространена, чем аренда, при которой арендатор приносит арендатору известную часть урожая. Это объясняется тем, что собственник поля при неурожае из-за стихийных бедствий (бурь, наводнений, засухи) получал меньшую арендную плату. В то время как при твёрдой арендной плате арендатор сам нёс все убытки, во всяком случае, тогда, когда арендная плата уплачена вперёд: «Если человек своё поле за арендную плату арендатору отдал и арендную плату своего поля получил, а потом поле бог Адад побил, или наводнение унесло (урожай), (то) убыток — только на арендаторе» (ст. 45). Если же арендная плата не была получена или же предполагалось вознаграждение в виде доли урожая, то собственник и арендатор должны были поделить оставшуюся часть урожая сообразно доле каждого, установленной договором (ст. 46).

Аналогичные три вида договора аренды выделились и в древнееврейском праве, в Талмуде. Мишнa различала два вида аренды — socher (сокер) и choker (хокер). «Какая разница между socher и choker? Первое оплачивается деньгами, второе — плодами». Разновидность второго вида аренды — arisut (арисут), когда арендатор вносил не точно зафиксированную плату натурой независимо от урожая, а определённую долю урожая (половину). В арендном договоре арис (арендатор) писал: «Я встану, вспашу, посею, скошу и свяжу снопы, смолочу и провею и сложу в кучу для тебя, и тогда ты придёшь и возьмёшь половину, а я за свои труды издержки — половину».

В римском праве имелись также три вида аренды земли и соответственно арендаторы за плату и арендаторы-издольщики. Арендатор земельных участков назывался колоном. Он был обязан исправно вносить оговоренную арендную плату, которая могла быть произведена частью полученных продуктов, то есть в натуральной форме: а) в виде известной части, доли урожая; б) в виде определённого и неизменного количества плодов независимо от размера урожая.

На арендаторе лежала обязанность вести хозяйство добросовестно, обеспечивая надлежащий доход (ст. 42-44). Арендатор не освобождался от уплаты вознаграждения собственнику поля, если он не вырастил на поле хлеба из-за того, что он не выполнил надлежащую работу в поле. В этом случае арендатор должен был уплатить собственнику столько же, сколько доходов было у его соседей (ст. 42). Если же он оставлял поле совсем без обработки, то помимо уплаты вознаграждения арендатор должен был обработать поле и в таком виде передать его собственнику (ст. 43).

«Если человек поля для возделывания взял и на поле зерна не произвёл, в (том, что надлежащую работу) в поле он не выполнил, его должны изобличить, и зерно как соседи его хозяину поля он должен отдать» (ст. 42). «Если поле он не возделал и забросил, зерно его как соседи хозяину поля он должен отдать, а поле, которое он забросил, он должен вспахать, взборонить и хозяину поля вернуть» (ст. 43). В случае аренды пустующего поля (целины) арендатор должен был взрыхлить и прополоть поле и, кроме того, отмерить собственнику 10 гур хлеба за каждый бур поля: «Если человек залежное поле на 3 года для распашки взял, но был нерадив и поле не распахал, (то) на четвёртый год поле он должен вспахать, разбить комья, взборонить и хозяину поля (его) вернуть, и за (каждый) бур поля 10 гур зерна он должен отмерить» (ст. 44). 1 бур= 6, 3 га; 1 гур= 150 л. Срок аренды мог быть продлён, если арендатор из-за стихийных бедствий потерпел убыток (ст. 47).

Как и вавилонское право, талмудическое законодательство стремилось обеспечить не только исправные взносы арендной платы, но и исправную обработку земли арендатором.

«Некто арендовал поле у ближнего своего и не хочет полоть и говорит ему (владельцу): какое тебе дело до этого, раз я тебе даю твою арендную плату? Его не слушают, ибо тот может возразить: завтра ты уйдёшь, и поле будет давать мне сорные травы». Лень, небрежность и бесхозяйственность арендатора приводят к запустению пашни, которая перестаёт приносить урожай. Поэтому в договоре арис (арендатор за определённую долю урожая) писал: «Если я оставлю поле пустовать и не обработаю его, заплачу лучшим».

Талмуд следующим образом истолковал договор об аренде земли: «Сказал рабби Меир: если кто-то взял поле у другого (то есть арендовал поле для обработки и обязался отдать хозяину поля часть или определённое количество урожая), и получив поле, оставил его невозделанным, — оценивают возможный урожай с данного участка земли, и он даёт ему (арендатор отдаёт хозяину обещанную часть, как будто урожай был собран)». Ведь так пишут (в договоре об аренде): «Если оставлю невозделанным и не обработаю, заплачу из лучшего».

Формулировку «… если оставлю невозделанным и не обработаю, заплачу из лучшего» — можно было бы понять как обязательство арендатора оплатить лучшим своим недвижимым имуществом убыток, нанесённый на земле тем, что он её обработал: «…И земля стала ниже качеством — пусть заплатит на сколько земля упала в цене». Но вот рабби Меир разъясняет формулировку документа: имеется в виду не только обязательство компенсировать убыток, причиненный хозяину поля снижением стоимости участка, но также неполученный доход, то есть долю хозяина, которую он бы получил, если бы поле было обработано.

В случае стихийного бедствия предусматривалось снижение арендной платы.

«Некто арендовал поле у ближнего своего, и оно поедено саранчой или побито ветром: если это — бедствие страны, то он сбавляет ему арендную плату, а если это — не бедствие страны, то не сбавляет ему арендной платы. Рабби Иуда говорит: «Если поле арендовано за деньги, то ни в том, ни в другом случае он не сбавляет аренды».

В римском праве арендатор мог быть освобождён от обязанности платежа арендной платы при наступлении непреодолимой силы (наводнение, засуха и т. д.), вследствие чего пропал урожай. Арендодатель нёс риск случайной гибели вещи и её плодов в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы.

«Если оказала воздействие сила вредоносной бури, то следует рассмотреть, должен ли наймодатель (арендодатель) предоставить что-либо нанимателю (арендатору). Сервий говорит, что собственник несёт ответственность перед колоном за всякое (чрезвычайное) событие (стихийное бедствие), которому он не мог противостоять, например за разлив реки, за (истребление урожая) птицами и если случится что-либо подобное или если произошло нашествие неприятеля; если же повреждения произошли из самой вещи, то это идёт во вред колону, например если вино скисло или посевы повреждены червями либо сорняками. Но если произошёл обвал и уничтожил все плоды, то ущерб не возлагается на колона, дабы он не был принужден, потеряв семена, вносить ещё и наёмную плату за землю. И если маслины погибли от засухи или если это случилось вследствие необычной жары, то это идёт в ущерб собственнику; если же ничего не случилось необычного, — то в ущерб колону. То же следует сказать, если проходящее войско из озорства что-либо похитило. Но если поле повреждено землятресением так, как нигде этого не было, то ущерб возлагается на собственника; ибо нужно, чтобы он предоставил поле нанимателю и чтобы наниматель мог это поле использовать» (D. 19.2.14.2).

«Непреодолимая сила, которую греки называют «силой бога», не должна причинять ущерб нанимателю (арендатору), если плоды были повреждены больше, чем это терпимо; в иных случаях колон должен равнодушно переносить умеренный ущерб, так как от него не отнимаются чрезвычайные выгоды. Но ясно, что мы говорим о том колоне, который нанимает имение за наличные деньги; в ином положении находится колон-издольщик, который разделяет собственником имения и ущерб и выгоду как бы в силу права товарищества» (D. 19.2.25.6).

Императоры предписывали снижать уровень арендных платежей в неурожайные годы, с тем, чтобы взыскать упущенную выгоду в годы хорошего урожая. Урожайность — дело случайное: один год — неурожайный, а другой — даёт обильный урожай. Поэтому в неурожайный год, когда арендатору трудно уплатить полную арендную плату, следует допустить уменьшение арендной платы. Однако если последующие годы будут урожайными, арендодатель получает арендную плату и за неурожайный год. Арендатор должен был исправно обрабатывать землю.

«Если кто-либо ссылается на пожар в имении и требует освобождения от взыскания, то к нему относится следующий рескрипт: «Если ты возделал имение, то по причине внезапного пожара справедливо прийти тебе на помощь». Папиниан в 4-й книге «Ответов» говорит, что если кто-либо сложил с колона (наёмную плату) за один год вследствие неурожая, а затем в последующие годы наступило изобилие, то произведённое сложение (платы) не идёт во вред собственнику. но он может требовать наёмную плату в полном объёме даже за тот год, за который он сложил (плату). Это же он (Папиниан) ответил и в отношении убытка, понесённого при найме государственных земель. Если собственник вследствие неурожая сложил плату в виде дарения, то нужно сказать то же, (что сказано выше), как если бы это было не дарение, а мировая сделка. Как быть, если неурожайным был последний год (найма) и за этот год сложена плата с колона? Правильнее сказать, что если даже предыдущие годы были изобильными и об этом знал наймодатель, то он не должен ссылаться на необходимость включения их в счёт» (D. 19.2.15.3-4).

Арендатор обязывался исправно обрабатывать землю. «Если имение портится и не возделывается, и строения не ремонтируются, то за эту свою вину съёмщик (арендатор) должен по решению суда исправить в пользу владельца» (Сентенции Павла. 2. 18.2).

В римском праве закреплялся принцип, согласно которому «продажа прекращает аренду» и покупатель не обязан соблюдать интересы колона. Если арендодатель продавал землю, то покупатель мог изгнать колона, истребовав владение землёй, ещё до истечения срока арендного договора. В этом случае арендодатель отвечал за причинённый арендатору ущерб или нанесённый вред. Во избежание ответственности арендодателя за подобный ущерб стороны обычно заключали специальное соглашение о том, что в случае продажи вещи покупатель обязывался сохранить арендные отношения.

Если кто-либо сдал другому внаём имение для извлечения плодов или сдал жилище, а затем по какой-либо причине продаёт имение или здание, то он должен позаботиться, чтобы в силу этого договора (продажи) покупатель дозволил колону извлекать плоды, а жильцу — жить в доме; иначе тот, кому это будет воспрещено, предъявляет иск (к наймодателю) из договора найма» (D. 19.2.25.1).

Арендная плата вносилась ко времени урожая. Иногда часть арендной платы передавалась уже при заключении договора. Весь риск договора лежал на арендаторе: собственник земельного участка был вправе требовать заранее оговоренную арендную плату независимо от реального урожая. Если арендатор не выращивал урожая вследствие неурожая или наводнения, он не освобождался от уплаты и платил столько же, сколько доходов было у его соседей (ст. 42).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *