Возмещение морального вреда за профзаболевание

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

В рамках круглого стола речь пойдет о Всероссийской диспансеризации взрослого населения и контроле за ее проведением; популяризации медосмотров и диспансеризации; всеобщей вакцинации и т.п.

Программа, разработана совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2016 г. N 67-КГ15-14 Суд отменил принятые ранее судебные постановления в части удовлетворения исковых требований заявителя о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, и отказал в удовлетворении указанных требований, поскольку порядок выплаты истцу компенсации морального вреда в связи с выявлением у него профессионального заболевания и её конкретный размер определены в федеральном отраслевом соглашении и коллективном договоре, заключенном между истцом и ответчиком

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Кириллова В.С. и Жубрина М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 1 февраля 2016 года гражданское дело по иску Фольмера В.Ю. к закрытому акционерному обществу «Сибирский Антрацит» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве,

по кассационной жалобе представителя закрытого акционерного общества «Сибирский Антрацит» Семеней К.Л. на решение Искитимского районного суда Новосибирской области от 15 октября 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 24 февраля 2015 года, которыми исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С., выслушав объяснения представителя акционерного общества «Сибирский Антрацит» Мацевича В.А., поддержавшего доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене в части компенсации морального вреда,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Фольмер В.Ю. обратился в суд с иском к закрытому акционерному обществу «Сибирский Антрацит» (далее — ЗАО «Сибирский Антрацит») о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

В обоснование иска Фольмер В.Ю. ссылался на то, что он работал на предприятии ответчика в должности на Северном участке Горловского угольного разреза ЗАО «Сибирский Антрацит». В период его работы в ЗАО «Сибирский Антрацит» у него было установлено наличие профессионального заболевания, в связи с чем 10 марта 2010 года был составлен акт о случае профессионального заболевания. Непосредственной причиной заболевания явился длительный стаж работы в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов.

В результате профессионального заболевания ему определена степень утраты трудоспособности в размере 40%, противопоказано трудиться в условиях воздействия вибрации, физического, динамического и статистического напряжения, переохлаждения. Кроме того, на протяжении ряда лет он постоянно вынужден обращаться за медицинской помощью, в связи с чем, по мнению истца, он имеет право на получение компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, на основании пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере . руб., а также судебные расходы в сумме . руб.

Решением Искитимского районного суда Новосибирской области от 15 октября 2014 года исковые требования Фольмера В.Ю. удовлетворены частично. С ЗАО «Сибирский Антрацит» в пользу Фольмера В.Ю. в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, взыскано . руб., судебные расходы . руб.

В удовлетворении требований ЗАО «Сибирский Антрацит» к Фольмеру В.Ю. о взыскании судебных расходов на производство экспертизы в сумме . руб. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 24 февраля 2015 года указанное решение суда оставлено без изменения.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе представителя ЗАО «Сибирский Антрацит» Семеней К.Л. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены судебных постановлений, как незаконных, и принятия по делу нового решения об отказе в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы представителя ЗАО «Сибирский Антрацит» судьёй Верховного Суда Российской Федерации Кирилловым В.С. 27 августа 2015 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 17 декабря 2015 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации Фольмер В.Ю., надлежаще извещённый о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явился, о причинах неявки не сообщил. На основании статьи 385 ГПК РФ Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке судебных постановлений в обжалуемой части.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела имеются такого характера существенные нарушения норм материального права, допущенные судом первой и апелляционной инстанции, и они выразились в следующем.

При разрешении спора судом установлено и усматривается из материалов дела, что Фольмер В.Ю. работал в ЗАО «Сибирский Антрацит» в должности помощника машиниста экскаватора на Северном участке Горловского угольного разреза ЗАО «Сибирский Антрацит».

В период работы в ЗАО «Сибирский Антрацит» в марте 2010 года у Фольмера В.Ю. было выявлено профессиональное заболевание, причиной которого явился длительный стаж работы в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов (общая вибрация, тяжелый физический труд, работа в ночные смены), о чем комиссией ЗАО «Сибирский Антрацит» был составлен акт о случае профессионального заболевания от 10 марта 2010 года.

Приказом ЗАО «Сибирский Антрацит» от 23 августа 2010 года N 928 Фольмеру В.Ю. выплачено единовременное пособие в счет возмещения морального вреда в сумме . руб. в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания на основании коллективного договора (пункт 9.11 выплата единовременного пособия в случае утраты работником, занятым в организации по добыче и переработке угля, профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания) и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2010 — 2012 годы (пункт 5.4 выплата работодателем единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания) (далее — федеральное отраслевое соглашение).

Указанное единовременное пособие в счет возмещения морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания получено Фольмером В.Ю. в сумме . руб. за вычетом подоходного налога по платежному поручению от 1 сентября 2010 года.

Заключением медико-социальной экспертизы (справка МСЭ-2006 от 16 марта 2012 года) Фольмеру В.Ю. определена степень утраты трудоспособности в результате профессионального заболевания в размере 40%, и 16 марта 2012 года установлена III группа инвалидности по причине «профессиональное заболевание».

В соответствии с программой реабилитации Фольмера В.Ю., утвержденной федеральным государственным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Новосибирской области» филиал N 4, выданной к акту освидетельствования от 16 марта 2012 года N 695, Фольмер В.Ю. нуждается в реабилитации, как пострадавший в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания.

Заключением заочной судебно-медицинской экспертизы Регионального экспертного бюро, назначенной по определению Искитимского районного суда Новосибирской области от 13 сентября 2013 года по ходатайству представителя ЗАО «Сибирский Антрацит» для определения причин возникновения заболеваний истца, срока их наступления, наличия признаков заболевания на момент трудоустройства в ЗАО «Сибирский Антрацит», установлено, что имеющееся у Фольмера В.Ю. профессиональное заболевание возникло и развивалось у него в период его работы не только в ЗАО «Сибирский Антрацит», но и ранее, при работе у других работодателей, тем самым признаки профессионального заболевания у истца имелись и на момент его трудоустройства в ЗАО «Сибирский Антрацит», при этом степень воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика составляет 29% в трудовом стаже работника.

Обратившись в суд с настоящим иском, Фольмер В.Ю. в обоснование своих требований ссылался на положения статей 212 и 219 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающие обязанность работодателя обеспечить безопасные условия труда и право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, которые, по мнению истца, ответчик не исполнил, что повлекло повреждение здоровья Фольмера В.Ю. и, как следствие, его право на компенсацию морального вреда в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Фольмера В.Ю., суд первой инстанции, принимая во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы, исходил из того, что между имеющимся у Фольмера В.Ю. профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред в результате профессионального заболевания, в связи с чем на основании абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» у ответчика возникло обязательство возместить моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием.

При этом суд первой инстанции указал на то, что сумма выплаченного Фольмеру В.Ю. единовременного пособия в размере . руб. (без вычета НДФЛ — руб.) не является компенсацией в счет возмещения морального вреда, поскольку ответчиком доказательств, свидетельствующих о том, что данная выплата является выплатой в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не представлено. Учитывая наличие у истца профессионального заболевания и утраты вследствие этого профессиональной трудоспособности, суд первой инстанции пришел к выводу, что Фольмер В.Ю. имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ, и определил ее размер с учетом соблюдения принципа разумности и справедливости в сумме . руб.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о частичном удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда. При этом, по мнению суда апелляционной инстанции, произведенная ответчиком выплата является единовременным пособием, предусмотренным локальным нормативным актом и пунктом 9.11 коллективного договора, а не компенсацией морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» оснований для взыскания в пользу Фольмера В.Ю. компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права.

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 года N 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» определено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение — правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения).

Факт присоединения ЗАО «Сибирский Антрацит» к Федеральному отраслевому соглашению на 2010 — 2012 годы сторонами не оспаривался.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

В пункте 9.11 коллективного договора, заключенного между ЗАО «Сибирский Антрацит» и работниками ЗАО «Сибирский Антрацит» на 2008 — 2010 годы, срок действия которого был продлен до 20 августа 2014 года (соглашение о продлении коллективного договора от 19 августа 2011 года), указано, что в случае утраты работником, занятым в организации по добыче и переработке угля, профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания организация выплачивает единовременное пособие из расчета 20% среднемесячного заработка за последний год работы за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности за вычетом суммы единовременного пособия, выплаченного в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в счет уплаты страховых взносов страховщику.

Из приведенных положений закона, Федерального отраслевого соглашения и коллективного договора, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, следует, что в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в настоящем случае — угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

В данном случае порядок выплаты работникам компенсации морального вреда в связи с выявлением у них профессионального заболевания и её конкретный размер определены в Федеральном отраслевом соглашении и коллективном договоре, заключенном между работниками ЗАО «Сибирский Антрацит» и ЗАО «Сибирский Антрацит». Право работников ЗАО «Сибирский Антрацит» на выплату единовременного пособия именно в качестве компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты работником профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, предусмотрено пунктом 9.11 коллективного договора и пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения. Таким образом, стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, что не противоречит закону.

Следовательно, с учетом положений пункта 9.11 коллективного договора, вытекающего из положений пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения, предусматривающих аналогичный порядок и основания выплаты работникам единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, у судебных инстанций не было оснований не признавать произведенную Фольмеру В.Ю. единовременную выплату компенсацией морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

Как было установлено судом первой инстанции, приказом ЗАО «Сибирский Антрацит» от 23 августа 2010 года N 938 Фольмеру В.Ю. на основании пункта 9.11 коллективного договора и пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения было выплачено единовременное пособие в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания в размере 52 200 руб., тем самым Фольмеру В.Ю. уже выплачена ЗАО «Сибирский Антрацит» компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

Смотрите так же:  Расчёт налога УСН 6%. Как рассчитать налог усн 6 за квартал

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций положения абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» применены без учета положений части 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 года N 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности», части 1 статьи 8, частей 1 и 8 статьи 45, статьи 46 Трудового кодекса Российской Федерации, а также дано неправильное толкование нормам Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2010 — 2012 годы и коллективного договора, заключенного между ЗАО «Сибирский Антрацит» и работниками ЗАО «Сибирский Антрацит» на 2008 — 2010 годы, подлежащим применению к спорным отношениям, что привело к повторному взысканию в пользу Фольмера В.Ю. с ЗАО «Сибирский Антрацит» компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанций в качестве основания для частичного удовлетворения исковых требований Фольмера В.Ю. о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, сослались на статью 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Вместе с тем суды в нарушение части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, не приняли во внимание то обстоятельство, что Фольмер В.Ю. при обращении в суд с названными требованиями в обоснование своего иска на данную норму закона не ссылался, в связи с чем требования о компенсации морального вреда на основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации истцом не заявлялись.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований Фольмера В.Ю. о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, не могут быть признаны правомерными.

С учётом изложенного судебные постановления нельзя признать законными в части удовлетворения исковых требований Фольмера В.Ю. о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, поскольку они приняты в данной части с существенными нарушениями норм права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов ЗАО «Сибирский Антрацит», что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений в указанной части.

Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления в части удовлетворения требований Фольмера В.Ю. о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, принять в этой части новое решение об отказе в иске, не передавая дело для нового рассмотрения, поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении норм материального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила:

решение Искитимского районного суда Новосибирской области от 15 октября 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 24 февраля 2015 года отменить в части удовлетворения исковых требований Фольмера В.Ю. о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

В этой части принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований Фольмера В.Ю. к закрытому акционерному обществу «Сибирский Антрацит» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

Председательствующий Пчелинцева Л.М.
Судьи Кириллов В.С.
Жубрин М.А.

Обзор документа

Закон не запрещает устанавливать размер и порядок выплаты компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием, коллективным договором и отраслевым соглашением.

Такой вывод следует из позиции СК по гражданским делам ВС РФ, которая указала следующее.

Закон об обязательном соцстраховании от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний содержит нормы относительно компенсации морального вреда.

Такой вред, полученный застрахованным в связи с несчастным случаем на производстве или профзаболеванием, возмещается причинителем вреда.

Кроме того, в силу ТК РФ общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей), а также взаимные обязательства сторон (в т. ч. по вопросам компенсаций) могут устанавливаться отраслевым (межотраслевым) соглашением.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях соцпартнерства.

В отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам в т. ч. конкретной отрасли.

В частности, подобным образом стороны трудовых отношений могут прийти к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием на производстве, что не противоречит закону.

Так, в рассматриваемом случае в федеральном отраслевом соглашении (в сфере угольной промышленности) и в коллективном договоре, заключенном между сотрудниками и работодателем, были установлены конкретный размер и порядок выплаты сотрудникам компенсации морального вреда в связи с выявлением у них профзаболевания.

Компенсация морального вреда была выплачена истцу (сотруднику, получившему профзаболевание) в размере, установленном данными локальными актами.

Поэтому Коллегия пришла к выводу, что у истца нет оснований требовать от работодателя сумму в счет компенсации вреда свыше указанной величины.

Решение № 2-925/2017 2-925/2017

М-633/2017 М-633/2017 от 18 мая 2017 г. по делу № 2-925/2017

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

в составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А.,

при секретаре Малоедовой И.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании 18.05.2017 года в г. Междуреченске гражданское дело по иску Панина А. Г. к Публичному акционерному обществу «Распадская» о взыскании компенсации морального вреда,

Панин А.Г. обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Распадская» (далее ПАО «Распадская») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие профзаболевания в размере ., а также расходов по оказанию юридических услуг.

Заявленные требования мотивированы тем, что он в период работы на предприятии ответчика получил профессиональное заболевание

Также в связи с указанным профессиональным заболеванием заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ

Длительное время он подвергался воздействию вредных производственных факторов: шуму, вибрации, пыли, неблагоприятному микроклимату, физическим и функциональным перегрузкам, что привело к развитию профессионального заболевания:

ЗАО «Распадская» на основании приказа от 20.05.1998 года № признав за собой 73% вины в возникновении профессионального заболевания , выплатило ему в добровольном порядке

В связи с приобретенным профессиональным заболеванием он испытывает нравственные и физические страдания,

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивал, пояснил, что длительное время отработал на ш. «Распадская», 22.04.1999 г. Он испытывает нравственные и физические страдания Считает, что с ответчика необходимо взыскать компенсацию морального вреда в размере . Также просил взыскать расходы по оказанию юридических услуг за составление иска и участие представителя в судебном заседании

Представитель истца адвокат Кирищенко Д.П., действующий на основании ордера № от 19 апреля 2017 года, позицию истца поддержал, полагал иск подлежит полному удовлетворению. Полагал, что требования истца подлежат удовлетворению на основании ОТС на 1998-2000 г.г., Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденными Постановлением ВС РФ, ст. ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 3. Объекты гражданских прав > Глава 8. Нематериальные блага и их защита > Статья 151. Компенсация морального вреда’ target=’_blank’>151, Раздел IV. Отдельные виды обязательств > Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда > § 4. Компенсация морального вреда > Статья 1099. Общие положения’ target=’_blank’>1099- Раздел IV. Отдельные виды обязательств > Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда > § 4. Компенсация морального вреда > Статья 1101. Способ и размер компенсации морального вреда’ target=’_blank’>1101 ГК РФ. Также просил взыскать расходы по оказанию юридических услуг

Представитель ответчика ПАО «Распадская», в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, просила в удовлетворении требований истцу отказать, представила возражения в письменном виде, доводы которых поддержала в судебном заседании и которые сводятся к тому, что, приказами на момент причинения вреда порядок выплаты работникам компенсации морального вреда определялся «Правилами возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденными Постановлением ВС РФ от 24.12.1992 № 4214-1.

Ст. 8 Правил определены виды возмещения вреда, к которым относятся: денежные суммы в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; компенсация дополнительных расходов, возмещение морального ущерба.

Таким образом, размер единовременного пособия, рассчитанный по правилам, составил бы 83,49*5*12*30%= 1502,82 руб.

Ст. 25 Правил установлена обязанность работодателя возместить потерпевшему, получившему трудовое увечье, моральный вред в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

П. 8.7 Отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности РФ 1998-2000 г.г. установлено: «За каждый процент утраты профессиональной трудоспособности вследствие трудового увечья, впервые установленного заключением МСЭ в период действия настоящего Соглашения, при полной или частичной вине Организации, им выплачивается единовременное пособие из расчета не менее 20% среднемесячного заработка сверх установленных сумм возмещения вреда».

п. 8.8 ОТС 1998-2000 г.г. предусмотрено, что «выплаты, связанные с возмещением вреда, причиненного работнику трудовым увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, … произведенные сверх предусмотренных действующим законодательством норм РФ, могут включаться в сумму возмещения морального вреда».

Таким образом, ОТС 1998-2000г.г. установил повышенный размер выплаты единовременного пособия (по сравнению с Правилами), включив в нее сумму возмещения морального вреда, в части, превышающей размер единовременного пособия, предусмотренного действующим законодательством (Правилами).

Единовременное пособие и компенсация морального вреда Панину А.Г. вследствие профессионального заболевания была произведена согласно приказу ЗАО «Распадская» № от 20.05.1998 на основании Правил возмещения вреда. Размер единовременного пособия составил ., что существенно превышает размер пособия, рассчитанный по Правилам.

Таким образом, работодатель выплатил Панину А.Г. единовременное пособие в размере большем, чем предусмотрено законодательством, и включил в эту сумму компенсацию морального вреда в соответствии с п. 8.8 ОТС 1998-2000г.г.

Поскольку правила не содержат указаний на размер и определенные формы возмещения морального вреда, полагают, что работодатель исполнил обязанность по компенсации морального вреда в полном объеме.

В судебном заседании помощник прокурора г. Междуреченска Журавлева О. О. полагала, что требование истца подлежат удовлетворению частично в размере 59000 руб.

Суд, выслушав объяснения истца, его представителя, заключение прокурора, опросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, считает исковые требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.

В силу п. 3 ст. (ред. от 07.03.2020) > «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» > Глава II. Обеспечение по страхованию > Статья 8. Виды обеспечения по страхованию’ target=’_blank’>8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 8 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденными Постановлением ВС РФ от 24.12.1992 № 4214-1, определены виды возмещения вреда, к которым относятся: денежные суммы в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; компенсация дополнительных расходов, возмещение морального ущерба.

Ст. 24 Правил определен размер единовременного пособия – «в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности исходя из установленного (на день выплаты» МРОТ за пять лет».

Ст. (ред. от 27.12.2020) > «Об общих принципах организации и деятельности контрольно-счетных органов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований» > Статья 1. Цель настоящего Федерального закона’ target=’_blank’>1 Федерального закона от 09.01.1997 № 6-ФЗ «О повышении минимального размера оплаты труда» с 1 января 1997 года установлен минимальный размер оплаты труда в сумме 83490 рублей в месяц. С учетом проведенной деноминации с 01.01.1998г. размер МРОТ составил 83,49 руб.

На основании изложенного суд соглашается с доводами представителя ответчика относительно того, что исходя из вышеизложенных норм размер единовременного пособия, рассчитанный по правилам, составил бы . То есть размер сверх указанной суммы, как следует из приказа от 20.05.1998 года составляет возможно отнести к выплатам в счет компенсации морального вреда.

Однако в соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи Раздел I > Глава 2. Права и свободы человека и гражданина > Статья 55′ target=’_blank’>55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей Раздел I > Глава 2. Права и свободы человека и гражданина > Статья 55′ target=’_blank’>55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 1. Основные начала трудового законодательства > Статья 9. Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в договорном порядке’ target=’_blank’>9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье Часть III > Раздел XI. Материальная ответственность сторон трудового договора > Глава 38. Материальная ответственность работодателя перед работником > Статья 237. Возмещение морального вреда, причиненного работнику’ target=’_blank’>237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 3. Объекты гражданских прав > Глава 8. Нематериальные блага и их защита > Статья 151. Компенсация морального вреда’ target=’_blank’>151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Смотрите так же:  Статья 450 ГК РФ. Гражданский кодекс рф ст.450

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В ходе судебного заседания установлено и подтверждается письменными доказательствами по делу, что истец в период работы на ш. «Распадская» более 20 лет подвергался длительному воздействию вредных производственных факторов; пыли, шуму, вибрации, неблагоприятному микроклимату, физическим и функциональным перегрузкам, в результате чего развилось профзаболевание –

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями акта о случае профзаболевания от 18.12.1997г. (л.д. 12-16), санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника (л.д.17-18), трудовой книжкой (л.д. 8-11).

Согласно выписке из акта освидетельствования БМСЭ о результатах определения степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, нуждаемости в дополнительных видах помощи, Панин А.Г. впервые прошел освидетельствование 22.04.1998г., акт освидетельствования №, диагноз: (л.д. 19).

Согласно выписке из акта освидетельствования во ВТЭК (л.д. 20).

Также в связи с указанным профессиональным заболеванием заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ Панину А.Г. (л.д. 21).

ЗАО «Распадская» приказом № от 20.05.1998г., в связи с профзаболеванием произвело Панину А.Г. выплату единовременного пособия в размере . В выплату единовременного пособия, в сумму сверх установленных законодательством выплат, включена сумма возмещения морального вреда. Указанные выплаты произведены на основании Правил возмещения вреда. Утвержденных ВС РФ от 12.24.1992 года (л.д.22).

На основании представленных медицинских документов, пояснения свидетеля, в том числе выписки из амбулаторной карты, программ реабилитации пострадавшего, судом установлено, что истец обращается

В судебном заседании свидетель И. пояснила, что истец является ее гражданским супругом, с которым проживает более 26 лет. В виду профессионального заболевания

Таким образом, суд считает заслуживающим внимание доводы истца о том, что вследствие возникшего заболевания он испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные указанными заболеваниями.

В соответствии со ст. Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 2. Трудовые отношения, стороны трудовых отношений, основания возникновения трудовых отношений > Статья 21. Основные права и обязанности работника’ target=’_blank’>21 Трудового Кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Из требований ст. Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 2. Трудовые отношения, стороны трудовых отношений, основания возникновения трудовых отношений > Статья 22. Основные права и обязанности работодателя’ target=’_blank’>22 Трудового Кодекса Российской следует, что работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, федеральными законами и иными нормативными актами.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Материалами дела подтверждено, что проф.заболевание у истца развилось вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, в результате чего , истец вынужден применять

Факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании. Вина ПАО «Распадская», выраженная в не обеспечении безопасных условий труда, в причинении вреда здоровью истцу подтверждена актом о случае профессионального заболевания, а кроме того не отрицается ответчиком.

Суд считает заслуживающим внимание доводы истца о том, что вследствие профзаболевания он испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные заболеванием, истец испытывает болезненные ощущения.

Факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании в полной мере.

В связи с вышеизложенным, оценивая исследованные доказательства, суд, находит, что факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании, а также учитывая индивидуальные особенности истца, степень нравственных и физических страданий, степень вины ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, поскольку Панин А.Г. проработал длительное время на предприятии ответчика, во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов, и считает необходимым довзыскать с ответчика в пользу истца размер компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием- в размере 59000 руб., считая указанную сумму соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям.

На основании ст. ст. Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 94. Издержки, связанные с рассмотрением дела’ target=’_blank’>94, Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 98. Распределение судебных расходов между сторонами’ target=’_blank’>98, Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 100. Возмещение расходов на оплату услуг представителя’ target=’_blank’>100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в судебных заседаниях с учетом сложности рассмотрения дела, количества судебных заседаний в размере 7 000 рублей, что подтверждено квитанцией.

Исковые требования Панина А. Г. к Публичному акционерному обществу «Распадская» удовлетворить.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в пользу Панина А. Г. в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания – 59000 рублей, расходы по оказанию юридических услуг 7000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Междуреченский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 23.05.2017 года.

Решение № 2-1060/2017 2-1060/2017

М-1033/2017 М-1033/2017 от 17 июля 2017 г. по делу № 2-1060/2017

Куйбышевский районный суд в составе председательствующего судьи Рыкалиной Л.В.,

при секретаре судебного заседания ФИО2,

с участием помощника прокурора ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 17 июля 2017 года гражданское дело по иску Куртукова ФИО8 к ОАО «Объединенная Угольная Компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

Куртуков С.А. обратился в суд с иском к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что более 30 лет он проработал на предприятиях угольной промышленности у ответчика, в результате чего получил профзаболевание « ». Причиной профзаболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора — угольно-породной пыли. Его вины в развитии профзаболевания установлено не было. ДД.ММ.ГГГГ учреждением МСЭ ему была установлена степень утраты трудоспособности – 20% на год. Заключением медицинской экспертизы Клиники НИИ КПГ и ПЗ установлена степень вины предприятий в развитии у него профзаболевания: Шахта «Бунгурская» 7,1%, Шахта «Есаульская» — 26,8%, АООТ «Шахта «Есаульская» 16,2%, ОАО «Шахта Есаульская-Н» — 7,3%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Есаульская» — 10,6%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» — 32%. Ответчик же произвел ему выплату компенсации морального вреда только за 49,9% вины предприятий, за такие как: ОАО «Шахта Есаульская-Н», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Есаульская», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Ерунаковская VIII». Таким образом, сумма недоплаченной компенсации морального вреда составит: 56 899,99 руб. (средний заработок) х 20% х20 (процент утраты трудоспособности) – 18803,60 руб. (выплата ФСС) = 208 796,36 руб. 208 796,36 руб. х 43% = 89 782,43 руб. Просит взыскать с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 89 782,43 руб., расходы по оплате медицинской экспертизы в сумме 3623 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 12 000 руб., расходы за оформление нотариальной доверенности в сумме 1500 руб.

Истец Куртуков С.А. в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 64).

Представитель истца Куртукова С.А. – ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 70) в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, пояснила, что с 1983 до 2016 г. истец работал на предприятиях ответчика, в результате чего получил профзаболевание «бронхит». В связи с полученным профзаболеванием ответчик выплатил Куртукову компенсацию морального вреда за ОАО «Шахта «Есаульская-Н» — 7,3%, ОАО «ОУК Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Есаульская» — 10,6% и ОАО «ОУК Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» — 32%. Однако ответчик также является правопреемником таких предприятий как: Шахта «Есаульская» и АООТ «Шахта «Есаульская». Степень вины в получении истцом профзаболевания за указанные шахты составила 43 %, соответственно размер недоплаченной компенсации морального вреда составил: 56 899,99 руб. (средний заработок) х 20% х20 (процент утраты трудоспособности) – 18803,60 руб. (выплата ФСС) = 208 796,36 руб. 208 796,36 руб. х 43% = 89 782,43 руб. Просит взыскать с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 89 782,43 руб., расходы по оплате медицинской экспертизы в сумме 3623 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 12 000 руб., расходы за оформление нотариальной доверенности в сумме 1500 руб.

Представитель ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО5, действующая на основании доверенности (л.д. 72), в судебном заседании заявленные требования не признала, пояснила, что профзаболевание у истца было установлено в 2016 г. после ликвидации юридических лиц – причинителей вреда, а в российском законодательстве отсутствуют нормы права, предусматривающие возможность передачи вины от ликвидированного юридического лица другому юридическому лицу. Законом при ликвидации юридического лица предусмотрено прекращение его без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» образовано ДД.ММ.ГГГГ в результат слияния нескольких юридических лиц, АООТ «»Шахта Есаульская в реорганизации в форме слияния не участвовала. Ответчик в 2017 г. произвел истцу выплату компенсации морального вреда в сумме 59684,60 руб. за 41 % вины предприятий, соответственно ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» исполнило свои обязательства в полном объеме. Просит отказать истцу в заявленных требованиях.

Суд, заслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, считает, что заявленные требования являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. Раздел II. Производство в суде первой инстанции > Подраздел II. Исковое производство > Глава 16. Решение суда > Статья 196. Вопросы, разрешаемые при принятии решения суда’ target=’_blank’>196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Поскольку профзаболевание истцу было установлено в связи с его работой на различных предприятиях угольной промышленности, то при разрешении спора подлежат применению положения Трудового кодекса РФ, иные законы и нормативные акты, регулирующие возмещение вреда в связи с трудовыми отношениями.

Согласно ст. Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 2. Трудовые отношения, стороны трудовых отношений, основания возникновения трудовых отношений > Статья 21. Основные права и обязанности работника’ target=’_blank’>21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в случае профзаболевания.

Согласно ст. Часть III > Раздел XI. Материальная ответственность сторон трудового договора > Глава 38. Материальная ответственность работодателя перед работником > Статья 237. Возмещение морального вреда, причиненного работнику’ target=’_blank’>237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 2. Трудовые отношения, стороны трудовых отношений, основания возникновения трудовых отношений > Статья 22. Основные права и обязанности работодателя’ target=’_blank’>22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. Часть III > Раздел VII. Гарантии и компенсации > Глава 23. Общие положения > Статья 164. Понятие гарантий и компенсаций’ target=’_blank’>164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. Часть III > Раздел VII. Гарантии и компенсации > Глава 28. Другие гарантии и компенсации > Статья 184. Гарантии и компенсации при несчастном случае на производстве и профессиональном заболевании’ target=’_blank’>184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со ст. Часть I > Раздел I. Общие положения > Глава 1. Основные начала трудового законодательства > Статья 5. Трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права’ target=’_blank’>5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. Часть II > Раздел II. Социальное партнерство в сфере труда > Глава 7. Коллективные договоры и соглашения > Статья 45. Соглашение. Виды соглашений’ target=’_blank’>45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

В соответствии с п. 2 ст. (ред. от 07.03.2020) > «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» > Глава I. Общие положения > Статья 1. Задачи обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний’ target=’_blank’>1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ № 183-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ № 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В судебном заседании установлено, что истец с декабря 1983 г. по декабрь 2016 г. работал на различных должностях предприятий угольной промышленности, в том числе: на Шахте «Бунгурская» (с декабря 1983 г. по апрель 1986 г.), Шахте «Есаульская» (с апреля 1986 г. по февраль 1995 г.), АООТ «Шахта «Есаульская» (с февраля 1995 г. по июнь 2000 г.), ОАО «Шахта Есаульская-Н» (с июля 2000 г. по декабрь 2002 г.), ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Есаульская» (с декабря 2002 г. по июнь 2006 г.), ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» (с июня 2006 г. по декабрь 2016 г.).

Смотрите так же:  Налоговый вычет для пенсионеров. Возврат 13 процентов за лечение зубов пенсионерам

Из акта «О случае профессионального заболевания» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7-8) следует, что по результатам проведенного расследования было установлено, что заболевание, выявленное у истца, является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов, непосредственной причиной заболевания послужило: угольно-породная пыль. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: не установлены. Профессиональное заболевание установлено впервые. Вина работника в данном заболевании – 0%.

В результате указанного профессионального заболевания истца, экспертной комиссией Бюро МСЭ истцу было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14).

Заключением медицинской экспертизы Клиники ГУ Научно-исследовательского института комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ была установлена степень вины предприятий по проф. заболеванию истца: Шахта «Бунгурская» 7,1%, Шахта «Есаульская» — 26,8%, АООТ «Шахта «Есаульская» 16,2%, ОАО «Шахта Есаульская-Н» — 7,3%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Есаульская» — 10,6%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» — 32% (л.д. 15).

В соответствии с приказом №-В от ДД.ММ.ГГГГ ФСС РФ в счет компенсации морального вреда за полученное профзаболевание, Куртукову С.А. была назначена единовременная страховая выплата в сумме 18803,60 руб. (л.д. 18).

В соответствии с соглашением № МВШ817-005/0005 от ДД.ММ.ГГГГ, расчетом суммы компенсации морального вреда ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в счет компенсации морального вреда причиненного профзаболеванием Куртукову С.А. было выплачено 104 189,38 руб., за 49,9% вины предприятия (л.д. 17,59).

Основанием для возникновения обязательства вследствие причинения вреда истцу явилось установление ему утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчика.

Нормами Соглашения по угледобывающему комплексу на 2016-2020 г., тзаключённому между ООО «Распадская угольная компания» и Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа, предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных Федеральным законом.

Так, пунктами 3, 3.1 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № к Соглашению на 2016-2020 г.г. (л.д. 97-102) в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального страхования РФ).

Как следует из акта о случае профзаболевания, выявленное у истца профзаболевание образовалось ввиду нарушения должностными лицами Работодателя требований Санитарно-эпидемиологических правил и норм. Вины работника установлено не было.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Доводы представителя ответчика о том, что он не может нести ответственность по возмещению вреда здоровью истца за Шахту «Есаульская», АООТ «Шахта «Есаульская» являются необоснованными исходя из следующего.

Согласно п. 1.1 Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» данное общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе, ОАО «Шахта «Есаульская-Н». При этом, вновь созданное предприятие является правопреемником вошедших в него шахт по всем их правам и обязанностям и, соответственно несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим имуществом (л.д. 35-37).

В соответствии с п. 5 ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 1. Основные положения > Глава 2. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав > Статья 16. Возмещение убытков, причиненных государственными органами и органами местного самоуправления’ target=’_blank’>16 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь созданному обществу в соответствии с передаточным актом, ответчик ОАО «ОУК «ЮКУ» несет ответственность по обязательствам ОАО «Шахта «Есаульская-Н».

Согласно п. 1 ст. Раздел IV. Отдельные виды обязательств > Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда > § 2. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина > Статья 1093. Возмещение вреда в случае прекращения юридического лица’ target=’_blank’>1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

К правопреемнику могут быть предъявлены требования о возмещении вреда. Это означает, что гражданин может обратиться с данным требованием к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но к моменту предъявления требования оно уже прекратило свое существование.

Из представленных суду доказательств следует, что Шахта «Есаульская» неоднократно была реорганизована, переименована, в результате изменения требований законодательства и, как следствие этого, правового статуса предприятия, что подтверждается копией трудовой книжки истца, исторической справкой и не оспаривается ответчиком.

Из представленных суду доказательств следует, что Шахта «Есаульская» неоднократно была реорганизована, переименована, в результате изменения требований законодательства и, как следствие этого, изменялся правовой статус предприятия, что подтверждается копией трудовой книжки истца и не оспаривалось ответчиком.

Распоряжением комитета по государственному имуществу № от ДД.ММ.ГГГГ шахта «Есаульская» переименована в АООТ «Шахта «Есаульская». Согласно уставу № от ДД.ММ.ГГГГ АООТ «Шахта «Есаульская» переименовано в ОАО «Шахта «Есаульская». Решением внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Шахта «Есаульская» от ДД.ММ.ГГГГ общество реорганизовано путем выделения из его состава и образования новых юридических лиц: ОАО «Шахта «Есаульская-Н» и ОАО «Шахта «Ульяновская». ОАО «Шахта «Есаульская» было ликвидировано (л.д. 20,21).

ОАО «Шахта Есаульская-Н» и ОАО «Шахта Ульяновская» были реорганизованы путем слияния в ОАО ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Есаульская», что подтверждается уставом ответчика.

Таким образом, судом установлено, что юридическое лицо — ОАО «Шахта «Есаульская-Н» было образовано в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Есаульская» до его ликвидации и оба предприятия являлись самостоятельным юридическим лицом.

Пунктами 1, 4 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего; при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 2. Лица > Глава 4. Юридические лица > § 1. Основные положения > Статья 59. Передаточный акт’ target=’_blank’>59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 2. Лица > Глава 4. Юридические лица > § 1. Основные положения > Статья 60. Гарантии прав кредиторов реорганизуемого юридического лица’ target=’_blank’>60 ГК РФ если разделительный баланс не даёт возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Из имеющейся в деле копии передаточного акта на 01.11.1999г. между ОАО Шахта «Есаульская» и ОАО «Шахта «Есаульская-Н» следует, что последнее является правопреемником ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам в отношении кредиторов и дебиторов последнего исключительно в объеме, определенном и зафиксированном передаточным актом (л.д. 28-29).

Из разделительного бухгалтерского баланса на 01.10.1999г. усматривается, что выделенному предприятию ОАО «Шахта «Есаульская-Н» были переданы практически все активы на сумму 500059 тыс. руб.; тогда как реорганизованному ОАО «Шахта «Есаульская» были переданы активы лишь на сумму 109578 тыс. руб. Прибыль ОАО «Шахта «Есаульская-Н» передана на 388260 тыс. руб., а АОА «Шахта «Есаульская» — на 161837 тыс. руб. При этом, пассивы указанным предприятиям были переданы практически на одинаковые суммы (л.д. 31-32).

Т.о., из представленных суду доказательств установлено, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Есаульская» было допущено, безусловно, несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемыми ОАО «Шахта «Есаульская» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Есаульская-Н».

Кроме того, разделительные балансы и передаточный акты указанных предприятий не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после реорганизации и даты, на момент составления передаточных актов и разделительных балансов.

Поскольку было допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, вновь возникшее юридическое лицо ОАО «Шахта «Есаульская-Н», в соответствии со ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 2. Лица > Глава 4. Юридические лица > § 1. Основные положения > Статья 60. Гарантии прав кредиторов реорганизуемого юридического лица’ target=’_blank’>60 ГК РФ, несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Есаульская» перед его кредиторами, в данном случае перед истцом.

Таким образом, суд считает, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» должно нести ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца за Шахту «Есаульская» в порядке правопреемства за юридическое лицо, которое являлось солидарным должником с ликвидированным предприятием (ОАО «Шахта «Есаульская -Н»).

Соответственно, ответчик обязан произвести истцу выплату единовременной компенсации по Отраслевому соглашению на 2016-2020 г.г. (федеральному), а также по Соглашению ответчика на данный период соразмерно степени своей вины, исходя из общих правил гражданско-правовой ответственности и норм Трудового законодательства.

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения вреда здоровью гарантировалась работникам организаций (участников Соглашения и работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения или не представивших доказательств отказа от присоединения к Соглашению в соответствии с положениями ст. Часть II > Раздел II. Социальное партнерство в сфере труда > Глава 7. Коллективные договоры и соглашения > Статья 48. Действие соглашения’ target=’_blank’>48 ТК РФ), утратившим профессиональную трудоспособность вследствие производственной травмы или профессионального заболевания пунктом 3 Соглашения на 2016-2020 г. (на период установления истцу утраты профессиональной трудоспособности).

Как следует из акта о случае профзаболевания, заключения врачебной экспертной комиссии Клиники РАМН, выявленное у истца профзаболевание образовалось вследствие его работы в условиях воздействия вредных производственных факторов, в том числе, в период его работы в Шахта «Бунгурская» 7,1%, Шахта «Есаульская» — 26,8%, АООТ «Шахта «Есаульская» 16,2%, ОАО «Шахта Есаульская-Н» — 7,3%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Есаульская» — 10,6%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» — филиал «Шахта «Ерунаковская VIII» — 32% (л.д. 15). Ответчиком истцу выплачено в апреле 2017 г. на основании заключенного соглашения 104 189,38 руб. за 49,9% вины предприятия (л.д. 17,59).

Однако, с учетом вышеизложенного, компенсация морального вреда истцу подлежала выплате за 92,9 % вины ответчика.

Т.о, единовременная компенсация морального вреда составит: 56 899,99 руб. (сумма среднемесячной заработной платы) х 20% (выплата по соглашению) х 20 (процент утраты трудоспособности) – 18803,60 руб. (выплата Фонда ФСС) х 43% (степень вины ответчика за Шахту «Есаульская», АООТ «Шахта «Есаульская») = 89782,73 руб.

Расчет и размер заработной платы стороны не оспаривали.

В соответствии со ст. 8 ч. 3 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. Раздел I. Общие положения > Подраздел 1. Основные положения > Глава 2. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав > Статья 15. Возмещение убытков’ target=’_blank’>15, Раздел IV. Отдельные виды обязательств > Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда > § 1. Общие положения о возмещении вреда > Статья 1064. Общие основания ответственности за причинение вреда’ target=’_blank’>1064 ГК РФ, 184 ТК РФ с ответчика подлежат взысканию сумма оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью: 3900 руб. х 92,9 % = 3623,10 руб., поскольку указанные расходы истцом понесены и в силу разъяснений 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» могут быть признаны судебными издержками, поскольку связаны с собиранием доказательств до предъявления искового заявления и несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд, а собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В соответствии со ст. Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 94. Издержки, связанные с рассмотрением дела’ target=’_blank’>94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 98. Распределение судебных расходов между сторонами’ target=’_blank’>98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. Раздел I. Общие положения > Глава 7. Судебные расходы > Статья 100. Возмещение расходов на оплату услуг представителя’ target=’_blank’>100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 12 000 рублей, оплата данной суммы подтверждается квитанцией, договором (л.д. 77,78). С учетом сложности дела, количества судебных заседаний, проведенных с участием представителя истца, иных услуг (консультаций, составление искового заявления), категории дела, суд считает, что размер заявленных представительских расходов (12 тыс. руб.), исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении №-О-О от ДД.ММ.ГГГГ и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. Раздел I > Глава 2. Права и свободы человека и гражданина > Статья 17′ target=’_blank’>17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, является разумным, соответствующим проделанной представителем работе, времени, затраченному в связи с разрешением спора.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика расходов по оформлению нотариальной доверенности представителя в сумме 1500 руб.. Поскольку представленная в суд доверенность, выдана на ведение конкретного дела, то эти расходы могут быть признаны судебными издержками, с учетом разъяснений п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», и также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Других требований по делу истцом заявлено не было.

Требования Куртукова ФИО9 к ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу Куртукова ФИО10 компенсацию морального вреда с индексацией в сумме 89 782 рубля 43 копейки, расходы по оплате услуг представителя в сумме 12000 рублей, расходы за экспертизу в сумме 3623 рубля 10 копеек, расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме 1500 рублей.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский районный суд .

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *